Redactor

Лайфспринг: Методы воздействия.

28 сообщений в этой теме

Здесь предполагается размещать информацию и обсуждать влияние эмоций и стрессов (и др. психологических механихмов) на бессознательную трансформацию личности человека (формирование DDD-синдрома).
0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Все трансформационные тренинги проходят в атмосфере непрерывного эмоционального и стрессового состояния. Многочисленные свидетельства говорят об этом. Зачем им нужны бурные эмоции и стресс? Вот отрывок из книги Гэймона Д. и Брэгдона А. «Эффективная работа мозга: Как обучаться быстрее и запоминать больше»

Последние исследования лауреата Нобелевской премии невролога Эрика Кэндела и его коллег позволили идентифицировать молекулу, получившую название CREB, как ключевой элемент в цепочке преобразования кратковременной памяти в долговременную. На клеточном уровне фундаментальное отличие долговременной памяти от кратковременной состоит в том, что первая требует образования новых синапсов — точек контакта между клетками головного мозга. Вторая же предполагает только временные изменения в чувствительности уже существующих синапсов. Для образования новых синапсов мозг должен включить гены, отвечающие за производство белка, из которого строятся новые проводящие пути обучения и памяти. Именно молекула CREB активизирует эти гены. Но как объяснить тот факт, что только повторяющийся опыт заставляет CREB запустить эту цепочку молекулярных изменений? У CREB есть двойник, который получил название CREB-2, блокирующий выработку белков и образование новых синапсов. Обычно при одиночном столкновении с новым фактом или событием уровень CREB-2 повышается сильнее, чем уровень CREB, и образование новых синапсов блокируется. Можно привести две причины наличия в мозгу этого механизма. С одной стороны, нет никакого смысла помнить все события, регистрируемые вашими органами чувств каждую секунду, минуту и час на протяжении всей жизни. Большинство из них не имеет никакого значения. Вам не захочется всю жизнь помнить, что мусоровоз проехал мимо ваших окон как раз в тот момент, когда вы читали это предложение. (Исключением из этого правила являются отдельные события, вызывающие эмоциональную реакцию. Если мусоровоз протаранит окно и окажется в вашей гостиной, это, вне всякого сомнения, вызовет эмоциональную реакцию, а в подобных случаях подавляющий память механизм CREB-2, по-видимому, обходится.)

С другой стороны, если какое-то событие повторяется, то его можно считать важным. Если раздается телефонный звонок, но в трубке вы слышите лишь чье-то приглушенное дыхание, то вполне вероятно, что человек ошибся номером, но ему неловко в этом признаться. Однако если такой звонок повторяется изо дня в день, вам следует запомнить это событие, чтобы выяснить, что все это значит. Как однажды заметил придумавший Джеймса Бонда писатель Ян Флемминг: «Один раз — это случайность. Два — совпадение. Три — враждебная акция».

Опыты с плодовыми мушками и морскими червями позволили найти способы управления процессами обучения и памяти на молекулярном уровне при помощи CREB и CREB-2. Если CREB блокировалось или разрушалось, лабораторные животные вообще не могли ничему научиться — независимо от количества сеансов обучения. Но если блокировалось CREB-2, то после одной тренировки животные запоминали то, что в обычных условиях требовало большого количества сеансов. Практическое применение этих открытий для улучшения памяти людей (или, наоборот, для предотвращения формирования долговременной памяти об определенных событиях) очевидно. Подобного рода манипуляции с памятью на молекулярном уровне откроют ящик Пандоры, полный этических и практических проблем.

Для информации: Эрик Кандел (Eric Richard Kandel) — 1929 года рождения (Центр нейробиологии и поведения, Колумбийский университет, Нью-Йорк, США) награжден Нобелевской премии 2000 года за открытие молекулярных механизмов работы синапсов.

Отсутствие информации о процессе ЛС, его упражнений, а также многочисленных обвинений в манипуляциях сознания, приводят к мысли: «А что прописывает в память ЛС при этом эмоционально-стрессовом действии?»

Напоминаю. Общепринятая формулировка термина "Контроль сознания" :

«Контроль сознания (или «незаконное влияние», как его иногда называют зарубежные специалисты) – это манипуляция с использованием насильственного обращения в веру (внедрения убеждения) или техники модификации поведения без информированного (осознанного) согласия того человека, к которому эту технику применяют»

Предлагаю обсудить «Есть ли этот бессознательный механизм воздействия у ЛС на психику человека?», а также другие механизмы воздействия.

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Представляю статью Целиковой В. В., психолога из Нижнего Новгорода "ГРУППОВОЕ МЫШЛЕНИЕ КАК МЕХАНИЗМ ВЛИЯНИЯ НА ЛИЧНОСТЬ В ДЕСТРУКТИВНОМ КУЛЬТЕ".

Статья была напечатана в журнале практического психолога, №1 за 1997 год.

Определяющим признаком деструктивности культа, по признанию специалистов по культам, является контроль сознания. Существует несколько моделей контроля сознания в культах (М. Сингер, Р. Лифтона). Все они описывают примерно одинаковые признаки этого контроля (изоляция, тотальность влияния, манипуляция).

С. Хассэн (Хассэн С. Контроль сознания и феномен культа. - В кн. Джиамбалво К. Консультирование о выходе: семейное воздействие. Н. Новгород.1995 г.), как бы объединяя все это, контроль сознания понимает в 4 сферах : контроль

поведения;

информации;

мышления (мыслей);

эмоций(чувств).

Контроль мышления в культе может происходить, например, за счет:

- завоевания контроля над временем размышления человека (М. Сингер);

- обеспечения члена культа нагруженным культовым смыслом языком - клишированным словарем, с целью устранения основы для самостоятельного и критического мышления. (Р. Лифтон).

Кроме того при контроле мышления могут использоваться (и используются) групповые механизмы, в частности модели группового мышления. Эти модели сами по себе, в качестве группового феномена, не содержат деструктивизма или имеют возможности его преодоления. Но в культе эти возможности отсутствуют, модель имеет модификацию и может влиять деструктивно.

Вначале необходимо определить сам термин «групповое мышление». Он достаточно условен по отношению к традиционному пониманию мышления в психологии (как процесс деятельности человека, характеризующийся обобщенным и опосредованным отражением действительности).

Групповое мышление (термин употребляет Дж. Джанис (1)) скорее относится к процессу принятия решения группой. Джанис отмечает феномен группового мышления в специально организованных для «делания» решений экспертных группах: в сфере политики, экономики, управления.

Однако как действующий, практикующий тренер по тренингу я могу отметить наличие этого феномена и в лабораторных группах, т.е. группах обучения, группах тренинга. Правда, действия механизма группового мышления в деятельности групп можно наблюдать при определенных условиях. Таким образом, групповое мышление - реальный факт жизнедеятельности групп.

Основываясь на моделях группового мышления Джаниса, можно сформулировать феномен группового мышления как способ размышления и принятия решения, где главным является мотив, стремление к согласию с группой (« стремление к совпадению, соответствию» - Джанис).

Джанис использует концепцию группового мышления для объяснения специфического вида патологии группы. Однако, мы скорее имеем дело не с патологией группы, а с патологией решения: его ненадежностью, неадекватностью реальной ситуации. Это происходит от того, что стремление к единодушию и единообразию в группе выше, чем побуждение реалистично оценить альтернативные варианты действия.

Групповое мышление имеет несколько главных условий возникновения в группе.

1. Высокая сплоченность («высокая степень связанности» - Джанис) группы, которая ведет к принятию одобренной группой версии действительности. Все силы в группе работают на то, чтобы держать всех членов вместе. Это - мера желания членов группы держаться вместе, оставаться вместе как группа, принадлежать группе.

Участники такой группы более восприимчивы к взаимному давлению. Последствием высокой связанности группы является сокращение конфликтов в группе, избегание столкновения альтернативных мнений . Группа не хочет « раскачивать лодку» (Джанис). Сама групповая сплоченность - естественный и закономерный групповой механизм. Однако, высокий ее уровень может привести к принятию решений с низкой вероятностью успешных результатов.

2. «Структурные недостатки» групповой организации. Этих недостатков или характеристик четыре:

- групповая изоляция (изоляция группы, изолированная группа), что приводит членов группы к сознанию собственной групповой важности;

- наличие директивного лидера, который ориентирует группу в выгодном для него направлении при выработке решения;

- однородность (гомогенность) группы, которая развивается вследствие недопущения (часто лидером) существования разных мнений или ценностей;

- отсутствие ясных процедурных норм, особенности в ситуации напряжения или стресса.

3. «Ситуационные провокационные контексты» (Джанис) или ситуации стресса. Групповое мышление не «функционирует» в обычных ситуациях. Но возможность его проявления увеличивается, когда способная к высокой связанности группа со структурными недостатками находится в ситуации кризиса, стресса.

Во-первых, это приводит к чувству неуверенности и напряжению у участников группы, и они используют группу как средство создания ясности в решении проблем; во-вторых, у членов группы происходит в стрессе происходит снижение самооценки и повышение оценки группы как средства выхода из кризиса. Все это придает группе высокую ценность и определяет стремление членов группы к быстрому и безболезненному единодушию.

Все вышесказанное приводит к тому, что участники группы склонны подавлять собственные мнения, отказываться от собственных путей решения ради возможности « принадлежать» группе.

Последствия группового мышления могут быть помещены в три характеристики:

1. Формируется завышенная оценка власти (мощи) группы, что включает иллюзию неуязвимости и веры в групповую мораль.

2. Члены группы получают уверенность, что даже в ситуации стресса, членство в группе рационально. Появляются групповые стереотипы, которые поощряются группой.

3. Культивируется принуждение (давление группы) для поддержания групповой однородности. Оно может включать в себя: самоцензуру, иллюзию единодушия, давление на инакомыслящих.

Результатом такого процесса принятия решений являются дефектные (неэффективные), иногда рискованные решения. Это положение справедливо как для недеструктивных групп, так и для деструктивных культов. Однако, именно в культах принимаются наиболее « дикие» и нереалистичные решения: например, отравление людей в токийском метро, ответственность за которое возлагается на «Аум Сенрике», призыв к смерти и объявление «конца света» «Белым братством». Кроме того, в недеструктивных группах есть возможности минимизировать последствия группового мышления, что в культах не происходит, но об этом чуть ниже.

В культах модель группового мышления имеет модификации, проистекающие из целей культа: « культы не существуют прежде всего, чтобы принимать решения» (Джанис),т.е. принятие решений не является первичной целью культа. В отличие от «групп принятия решения», первичная цель которых состоит в «делании» высококачественных решений, цель культа - контроль сознания, который подразумевает власть не только над принятием решений членами культа, но и над мыслями и чувствами членов культа, над их личностью.

Модификации модели группового мышления в культе следующие:

1. Сплоченность членов группы в культе не спонтанна, а спланирована и реализуется манипулятивно лидерами культа. Харизматический лидер формирует вокруг себя преданную верхушку (элиту), которая и является «группой принятия решений», т.е. процесс принятия решения отчужден от рядовых членов культа. Стремление к принадлежности группе у участников культа поддерживается через процесс сурового испытания верности члена культа с использованием приемов « кнута и пряника». Культ становится центральным интересом жизни человека и единственным, первичным, необходимым источником межличностных связей членов культа.

2. Структурные недостатки представлены в культе в виде деиндивидуализации, как результата стремления членов культа к однородности. Они теряют старые принципы поведения и «принимают» новый набор норм, стереотипов поведения, которые поощряются. Деиндивидуализация - не побочный продукт культов, культы существуют, чтобы « обеспечить» своих членов изменениями, вплоть до замены в их системах веры, поведении и локуса контроля.

3. Спонтанные и проходящие стрессовые ситуации (« провокационные ситуационные контексты») в культе имеют вид жесткого социального контроля , который использует как инструмент чувства вины, страха, позора за свое прошлое, чтобы создавать образ более привлекательного будущего в культе, таким образом, члены культа находятся в постоянном напряжении. Достичь будущего в культе можно, только соблюдая нормы группы, нормы устанавливает элита («группа принятия решения»). Здесь мы опять наблюдаем отчуждение, депривацию по отношению к процессу принятия личностью решений.

4. Преждевременное согласие с мнением группы в культе модифицируется в полное, восторженное соответствие доктрине культа. Преждевременное согласие может подразумевать наличие и критического настроя участника принятия решения и находится на одном конце континуума. На другом его конце - полное принятие и соответствие. Поскольку в культе критика решений, принятых элитой исключается, то требуется восторженное обожание и самой доктрины, и ее проводников : доктрина - единственная дорога к правде, с ней мало соглашаться, ей надо полностью соответствовать.

Модифицированная модель группового мышления - стартовый пункт, то которого можно идти к пониманию процесса принятия дефектных, опасных решений в пределах культа. Система испытаний, деиндивидуализация, восторженное соответствие создают условия для элиты, принимающей решения в культе, чтобы полностью контролировать условия принадлежности членов группе, верности ей. Эти условия облегчены тем, что рядовые члены культа не контролируют способы принятия решения элитой культа.

Дефектные последствия группового мышления в недеструктивных группах можно минимизировать введением нескольких простых, но сильных способов, что практикуется нами при работе с группой , в частности в тренинге принятия решений:

- организация процесса сбора, обсуждения и оценки различных мнений и облегчение прохождения критики;

- беспристрастность лидера, отсутствие давления с его стороны, «непроталкивание» им своего мнения;

- привлечение экспертов извне;

- организация возможности пересмотреть принятое решение, возвратиться к нему еще раз.

Данные методы в культе невозможны, т.к. противоречат основному принципу влияния на личность: обману, манипулированию, способствующих некритичному отношению членов культа к принятию решений.

Механизмы влияния на личность в культе, основанные на групповых феноменах, проявляются том числе и в психотерапевтических

культах. Причем, психотерапевтические группы могут являться деструктивными уже в силу специфики своего влияния на личность: именно групповые процессы - часто основной «инструмент» воздействия на участника группы для достижения им изменений (еще употребляются термины «трансформация», «продвижение», «реформирование»).

В некоторых психотерапевтических группах тренер (ведущий) является харизматическим лидером по определению и проводит линию диктата. Например, в EST-тренинге, который С. Хассэн наравне с тренинговой программой «Лайфспринг» называет в перечне деструктивных культов, точка зрения, мнение, «верования» создателя ESTа Вернера Эрхарда «проводится» его последователями без объяснений и по формуле внушения: «Ты получишь это (что такое «это», не объясняется) по одной простой причине - Вернер так сделал тренинг, что это получишь» (2).

Также в программах используется принцип изоляции группы в пространстве (длительные выезды) или во времени (тренинги-марафоны), а также депривация физиологических потребностей (сна, отдыха, потребности в пище).

Последствия такого воздействия на личность в психотерапевтических группах часто приводит к тому, что, ценность и важность группы настолько возрастают по сравнению с собственной важностью участников, что они стремятся «принадлежать» группе и после окончания программы. Такое стремление «быть» в группе, следовать нормам этой группы, находясь в ней может быть сигналом деструктивности воздействия на личность в группе. Я знаю случаи в практике моих коллег, когда участники, прошедшие психотерапевтические программы, оставались в них в качестве добровольных помощников, инструкторов. Эта «привязанность» к группе давала руководителям программы большие материальные выгоды.

Действующие тренеры в группах имеют опасность перейти грань между конструктивным и деструктивным влиянием группы на участника. Иногда это бывает неосознаваемо ведущим группы, но в случае с ESTом или Лайфспринг - вполне осознанно. Поэтому ведущему необходимо знать механизмы деструктивного влияния группы на личность, чтобы не создать культ. «Лучшая помощь в мире та, которая совершенно ненамерена, а многие деструктивные вещи происходят из намерения помочь» (Дж. Энрайт)

Но тем не менее, именно групповые формы можно использовать для профилактики попадания человека в культ. Думается, что есть люди с « предрасположенностью к культам» : социально плохо адаптированные, плохо социализированные, психологически травмированные, с несформированными социальными навыками.

Необходимо помочь им обрести эти социальные навыки, адаптироваться, особенно сейчас у нас в России, к непростой социальной ситуации, где сломаны старые стереотипы, но не созданы пока новые. Для этого наилучшей формой являются все программы социально-психологического тренинга как способа научения социальными умениям и навыкам, формирования гибкого стиля поведения с самоответственностью, критичностью, креативностью, уверенностью в себе.

Кроме того, группу можно использовать в качестве совокупного консультанта по выходу из культа. Такие случаи описывает в своей практике К. Джиамбалво (3). В качестве группы используется: семья, знакомые, бывшие члены культа. Групповые механизмы воздействия на личность в культе вполне уместно нейтрализовать аналогичными групповыми механизмами «недеструктивного действия». Группа - это своеобразная «барокамера» при переходе человека из культа в реальность.

1. См.: Mark N. Wexler. Expanding the Groupthink Explanation to the Study of Contemporary Cults. Cultic Studies Journal, Vol. 12, No. 1, 1995, pp. 49-79.

2. Рейнхард Л. Трансформация. М., 1994.

3. См.: Джиамбалво К. Консультирование о выходе: семейное воздействие. - Н. Новгород, 1995.

Искусственно создаваемые команды в ЛС есть ничто иное, как механизм влияния на личность посредством группового мышления.

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Это верно группа нужно чтобы от нее человек зависел, перед ней нес ответсвенность и радовался групповой поддержке. А в жизни тем более у нас у всех почти эмоциональный голод на позитив, так что дружеская поддержка малознакомых людей - это прямо как бальзам, и никакие "теоретические модели" ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА НЕ АРГУМЕНТ.

Ко мне вот сегодня опять пришли... муж и жена. В самаре прошли... (Муж в инете наши опусы прочитал и решил со мной поговорить) Радостные такие... после первой ступени... И все опять по новой... :unsure:

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Отрывок из статьи "Тренируй и властвуй" Кирилла Большакова. Про отцов почвы на которой вырос Лайф.

2 сентября 1890 года в небольшом городе Могильно, который теперь находится на территории Польши, а тогда принадлежал Германской империи (прусская провинция Позен), в одной из 35 семей, составлявших местную еврейскую общину, родился мальчик, которому дали имя Цадек. С таким именем в Пруссии было прожить нелегко, поэтому мальчик получил и второе имя -- Курт, с которым он вошел в историю науки. В городе, нравы которого Курт Левин описывал впоследствии как "стопроцентный антисемитизм наигрубейшего сорта", у юноши не было никаких шансов на хорошее будущее, и в 1905 году семья переехала в Берлин. Курт учился во Фрайбургском университете, затем прослушал курсы в Мюнхенском университете и успел перед войной поучиться в университете Фридриха-Вильгельма в Берлине.

Из опыта своей юности Левин вынес важный урок: человек может обладать любыми достоинствами и талантами, но его судьба и мировосприятие всегда связаны с группой, к которой он принадлежит.

Другой урок Левин получил на фронтах первой мировой войны. Переносить тяжелый окопный быт молодому ученому помогала страсть к психологии. Он наблюдал, расспрашивал, анализировал, а его однополчане даже не подозревали, что являются материалом для научного исследования. Левин заметил, что восприятие окружающей обстановки у солдат на фронте отличается от восприятия людей мирного времени. То, что когда-то казалось грязной канавой, на войне превращалось в отличное укрытие, а ровная лужайка, пригодная для пикника, виделась солдатам зоной смерти. Причем новый взгляд на канавы и лужайки не был достоянием одного-двух смыслящих в тактике ефрейторов. Сознание изменилось у большой группы людей, призванных в армию и сформировавших новую общность -- фронтовики.

Вывод из этих двух уроков был вполне однозначным: взгляды человека могут измениться, если изменятся взгляды его группы. Сам Левин формулировал свою идею так: "Обычно легче изменить индивидуумов, собранных в группу, чем изменить каждого из них в отдельности". В том, что менять индивидов необходимо, ученый не сомневался, ведь мир был так далек от идеалов гуманизма.

После войны Левин вернулся к ученым занятиям. Его главным открытием тех лет был психологический эксперимент. Раньше считалось, что эксперимент и психология несовместимы. Ведь психолог имеет дело с такими тонкими субстанциями, как душа, характер, настроение, эмоции и т. п., а такого рода явления невозможно рассмотреть под микроскопом. Левин был с этим не согласен и разработал метод, напоминающий проделки современных шутников со скрытой камерой. В одном из таких экспериментов ничего не подозревающего испытуемого заводили в комнату, где на столе лежали книга, письмо в распечатанном конверте, карандаш, колокольчик и другие мелкие предметы. Затем человека под благовидным предлогом оставляли одного. Естественно, за испытуемым наблюдали. Оставленные в одиночестве испытуемые оказывались в замешательстве и начинали непроизвольно производить какие-то действия с оставленными предметами. В колокольчик звонили все без исключения.

Левин сделал вывод о том, что человек, лишенный ясной цели, попадает под влияние внешних раздражителей, ведь люди совершенно машинально делали с вещами то, что те словно просили с ними проделать. Стало ясно, что человеком, выбитым из обычной колеи, легко управлять, ведь никто из участников эксперимента не испытывал прямой потребности в том, чтобы играть с чужим карандашом или звонить в колокольчик.

Однажды, сидя в кафе, Левин попросил официанта припомнить заказы посетителей, которые еще не были обслужены. Официант с легкостью ответил на вопрос. Тогда ученый попросил его вспомнить, что заказывали люди, которые уже получили свои кушанья. Оказалась, что официант не может вспомнить почти ничего, хотя обслужил этих клиентов за несколько минут до того. Вывод напрашивался сам собой: человек хорошо помнит незавершившиеся ситуации и легко забывает завершившиеся. Это значило, что над личностью довлеет груз незавершившихся историй: первая любовь, кончившаяся ничем, обида на начальника, не завершившаяся кровавой местью, и тому подобные истории, которые способны отравить жизнь. Левин понял: для того чтобы изменить человека, его надо освободить от инерции негативных незавершенных ситуаций. И эта идея также легла в копилку теории тренингов.

Размораживание по-американски

В 1934 году с приходом Гитлера к власти Левин уехал в США и нашел работу в университете штата Айова. Его мать отказалась покинуть Германию и погибла в концентрационном лагере.

Жизнь в США складывалась нелегко. Главной трудностью для Левина было плохое знание английского языка, а ведь ему приходилось читать лекции. Однажды во время научной дискуссии против идей Левина выступил один из его американских коллег. Речь оппонента была пространной и хорошо аргументированной. Взявший ответное слово Левин смог сказать только: "Я не есть с вами согласен".

Когда началась война, Левин оказался единственным специалистом в США по поведению групп, и государство заинтересовалось его работой. Левину, в частности, заказали найти способ убедить американцев перейти с белого хлеба на черный, что он и сделал. Левин изучил ситуацию с пропагандой черного хлеба и обнаружил, что от своих потребительских привычек скорее отказываются люди, которых об их решении отказаться от белого хлеба побуждали громко заявлять на митингах. Власти взяли предложенные методы на вооружение -- и черный хлеб пошел в массы.

Постепенно Курт Левин доказал серьезность своей работы и смог осуществить давнюю мечту -- построить исследовательский центр, изучающий психологию групп. В 1944 году он покинул провинциальную Айову и основал при Массачусетском технологическом институте Центр изучения групповой динамики. Левин ставил перед собой исключительно альтруистические цели. Он был уверен, что человечество нуждается в демократии и смягчении нравов, но гуманизм сам собой утвердиться не может. Задачу построения более гуманного общества Курт Левин собирался решить с помощью групповых тренингов.

Ученый считал, что для того чтобы изменить какую-либо группу людей, будь то этническая община, коллектив предприятия или совет директоров, эту группу нужно провести через три стадии: "размораживание", "изменение" и "новая заморозка". Под "размораживанием" подразумевалось разрушение существующей системы ценностей и жизненных ориентиров членов группы. Иными словами, людей предполагалось ставить в условия, подобные положению испытуемого в опыте с колокольчиком, который не знал, что ему предпринять, а потому хватался за первую попавшуюся вещь. На стадии "изменения" группе следовало подсунуть такой "колокольчик" в виде новой системы ценностей и мотиваций, а затем группу следовало снова "заморозить" уже в новом состоянии. На практике Левин создал новый тип общения между психологом и его клиентом, которое больше походило на общение профессора со студентами, чем на прием пациента врачом.

Центр занимался не одной лишь теорией. Фактически именно под руководством Левина прошли первые тренинги для сотрудников предприятия. В Центр обратилась Harwood Manufacturing Company, которая пожаловалась, что всякий раз, когда в производственный процесс вводятся какие-то новшества, сотрудники слишком долго обучаются, а производительность резко и надолго падает. Левин собрал три контрольные группы сотрудников предприятия. Первой группе было дано задание самостоятельно подумать над тем, как лучше работать в рамках нового технологического процесса. Второй предложили избрать несколько представителей и направить их к руководству для обсуждения новшеств. В третьей группе были собраны и рабочие, и менеджеры и организован коллективный мозговой штурм по освоению новой технологии. Третья группа показала затем лучшие результаты на работе, и руководству компании были даны соответствующие рекомендации.

Наконец, в начале 1947 года Левин при поддержке правительства основал Национальные тренинговые лаборатории в Бетеле (штат Мэн) -- организацию, которая, как планировал ученый, должна была заниматься переобучением лидеров государства. Однако дожить до исполнения мечты профессору не довелось. 11 февраля 1947 года Курт Левин скончался от сердечного приступа.

Изменение: Водолей и кусок дерьма

После Левина идеи групповых тренингов не были забыты. В 60-е годы в США обострился расовый вопрос, и правительство обратилось за помощью к Национальным тренинговым лабораториям. В недрах этой организации родилась концепция "тренингов чувствительности", которую вскоре прокляли все американские правые.

Лиц, проявляющих недостаточную "чувствительность" в расовом, половом или других вопросах, стали принудительно направлять на психотренинги, целью которых было изменить мировоззрение проштрафившихся. Так, в начале 70-х годов военно-морское ведомство прибегло к групповым тренингам, после того как на кораблях ВМС США, которые действовали у берегов Вьетнама, вспыхнули волнения на расовой почве. Беспорядки коснулись даже красы и гордости американского флота авианосца "Китти Хок". Несколько офицеров с проштрафившихся кораблей были направлены в тестовый центр морской авиации на перевоспитание. Все офицеры, попавшие в группу, были белые, а в роли инструкторов выступали женщина латиноамериканского происхождения и чернокожий младший офицер. Поздоровавшись с аудиторией, чернокожий инструктор объявил: "Вы все -- расисты!" На прозвучавший из зала вопрос "Почему?" инструктор закричал: "Потому что вы все белые!" Возмутился только пилот с "Китти Хок", который заявил, что никогда не являлся расистом, что происходит с Севера, а кто-то из его предков даже пал на полях гражданской войны, сражаясь за освобождение рабов. В ответ негр выгнал летчика из класса за создание помех семинару. Гнев инструктора был подкреплен официальными предписаниями по проведению тренинга: изгнанию подлежал любой, кто мог помешать проводящему семинар оскорблять аудиторию, издеваться над ней и даже просто говорить откровенные нелепости. Ведь все это должно было, согласно теории Левина, способствовать "разморозке", то есть психическому слому участников тренинга, без которого Национальные тренинговые лаборатории не мыслили создание новой личности.

Аналогичные принудительные "тренинги чувствительности" были организованы правительством для учителей, чиновников, а также бизнесменов, сопротивлявшихся принципу равных возможностей при приеме на работу. Практика принудительного "облагораживания" используется в США до сих пор.

Однако настоящий расцвет групповых семинаров произошел в сфере бизнеса. 60-е годы были для Америки временем хиппи, рок-н-ролла, дешевого "кайфа" и многочисленных восточных гуру. Общество жаждало новых идей и новых лидеров, и тысячи молодых людей шарахались от одного "духовного учителя" к другому. Так как массы требовали "духовного просветления", метод психотренингов, разработанный Левиным, оказался как нельзя кстати, поскольку указывал путь к преобразованию личности.

В 1968 году англичанин Александр Эверетт основал в Техасе семинар Mind Dynamics ("Динамика сознания"), участникам которого были обещаны духовный рост, познание себя и подготовка сознания к "эре Водолея". В качестве истоков своего движения Эверетт называл дзен-буддизм, теософию Блаватской, египтологию, индуизм, розенкрейцеров и еще много чего, хотя и забыл упомянуть Курта Левина. Тренинг давал людям ощущение начала новой жизни, ведь Эверетт, как и следовало по теории Левина, освобождал своих клиентов от груза негативного опыта -- тех самых незавершенных ситуаций. Семинар пользовался успехом, и в 1970 году его приобрел Уильям Пенн Патрик, которому принадлежала компания Holiday Magic, распространявшая косметику по модели сетевого маркетинга. Именно Уильяму Патрику принадлежит честь создания первого настоящего психотренинга для менеджеров. Тренинг Патрика получил название Leadership Dynamics ("Динамика лидерства"), и пройти его был обязан любой дистрибутор, рассчитывавший занять руководящую должность в Holiday Magic. Поскольку в сетевом маркетинге за продвижение по карьерной лестнице принято платить, никого не удивляло, что за курс Leadership Dynamics требовалось отдать $1 тыс. Если обучающийся решал покинуть курс после передачи денег, плата ему не возвращалась. Обучение проводилось в калифорнийском отеле, и весь курс занимал четыре дня.

Начиналось обучение с того, что каждый слушатель подписывал документ, в котором соглашался, что его психическому здоровью в ходе тренинга может быть нанесен ущерб и что он не будет подавать в суд ни на организацию в целом, ни на отдельных инструкторов.

Слушателей вводили в зал, где стояли раскрытый гроб, клетка, в которой мог поместиться человек, и большой деревянный крест. Инструктор объявлял, что если кто-то считает, что его жизнь не удалась, то его поместят в гроб и будут держать там, пока он не полюбит жизнь; кому мало свободы -- окажется в клетке, а кого слишком давят заботы -- окажется на кресте. После такого вступления инструктор перечислял правила поведения, напоминавшие правила бойцовского клуба: "1. Никого не бить кулаком в лицо, поскольку это привилегия инструкторов. 2. Бить кулаком в тело может любой. 3. Бить инструкторов запрещается, а также запрещается даже думать о том, чтобы бить инструкторов". После этого у слушателей отбирали часы, ключи, сигареты и прочие мелкие личные вещи.

Затем для участников семинара начинался кошмар. Каждого слушателя по очереди вызывали к инструктору, который издевался над его физическими недостатками, унижал и требовал, чтобы другие задавали ему самые неудобные вопросы типа сколько он получает, почему он такой жирный, почему жена еще не бросила такого слабака, как он, и т. п. Слушателей били, хотя и не больно, запирали в гроб и не называли иначе чем "кусок дерьма". Впрочем, слова "жид" и "ниггер" также употреблялись. По замыслу Патрика все это должно было стереть прежнюю личность и перековать рохлю и недотепу в жесткого и волевого лидера. Главным качеством, которое старались воспитать на этом тренинге, как это ни странно, считалась гордость. Вскоре на компанию посыпались иски от экс-слушателей, которые, очевидно, все же вспомнили о гордости, и в конце концов Holiday Magic была признана пирамидой и закрыта. Вскоре после этого Патрик погиб в авиакатастрофе. Так, выйдя за пределы лаборатории, теория Курта Левина оказалась способной служить как идеалам либерализма, так и чему-то прямо противоположному.

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

2 CSN

Спасибо, замечательная статья!

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Ну чтоб в словах не путаться, попробую уточнить. В результате упражнения, участник "выкидвая" из себя случайные слова - все что "выкидвается" ;) в конечном счете доходит до состояния, в котором "выкидывает из подсознания", получается, что с этого момента взаимодействие с окружающей средой (людьми) осуществляется (с его стороны) на подсознательном уровне. В этом смысле он "открыт". С этого момента и "открывается" доступ к "глубинным установкам".

В последующих упражнениях, (формируюших новые установки) скорее всего на этом уровне человек и взаимодействует, поэтому глубинные установки и изменяются...

Вот такая была мысль.

По моему мнению, такая мысль больше отражает один из распространённых мифов о подсознательных и глубинных процессах. Этакое прямое зомбирование. Процесс намного сложнее. Сильный эмоциональный отклик способствуют запоминанию, но так не запишешь прямую инструкцию к исполнению. А вот например выражение «Что может дать нищий обществу? Успешный эгоист может с десяток людей накормить, создать для них рабочие места.» и логически безукоризненно и легко запомниться. В последствии, в своих рассуждениях человек будет неосознанно опираться на такую мысль ,как безусловно истинную, что будет приводить к изменению его поведения. Осознание того, какой вред приносит излишний эгоизм как общественным отношениям, так и личности, требует куда более сложного понимания и развития. Однако, в повседневной жизни, такая мысль хорошая защита от нападок окружения в обвинениях в неэтичности поведения. Процесс трансформации личности не ограничен временем тренинга.

Ну вот эта мысль интересная. И совсем не очевидная. Ее бы надо обосновать, что вы имеете ввиду, на основании чего такие выводы.

А насчет мифов... Процесс и сложнее и проще ... Потому они так успешно и работают. Ведь главная мысль которая внушается (самыми разными способами) - это то, то нужно ЖЕЛАТЬ, ХОТЕТЬ, превращать мечты в цели и ДОСТИГАТЬ ИХ НЕ СМОТРЯ НИ НА ЧТО, ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС - фактически во всех областях человеческой жизни, - это дает наполненную жизнь и счастье.

Задача треннинга разбудить, "раззадорить" человека на продуцирование желаний (целей) и дать для этого МЕТОД (обязательства, создание команды, "отдавание, дарение любви" и т.д.)

И все это человеком ПРОГЛАТЫВАЕТСЯ ЛЕГКО как то, что он ДАВНО ИСКАЛ, и НАКОНЕЦ ТО НАШЕЛ.

Это же (тренинг) метод ИСПОЛНЕНИЯ ЖЕЛАНИЙ, как волшебная палочка.

Ну как встретил Золотую рыбку. Они же и с мифологией работают, предлагают вначале ТРИ ЖЕЛАНИЯ написать... Об этом все в детсве мечтали. Только замыкают в конце на самого человека - ты мол и есть причина всех событий. И это логично. ВСЕ ИДЕТ НА УРА.

В статье "Паталогия, выдаваемая за личностный рост" - американской, про ЛС, авторы делают вывод что состояние в которое вводят людей по возрастной психологии соответвует маленькому ребенку, который ХОЧЕТ и ВСЕ ТУТ! (Я своими словами конечно говорю) Они это вроде возрастной регрессией называют.

При этом путем коллективных упражнений психику так раскачивают, что от переполняющих эмоций люди смеются и плачут и ничего не понимают и любят всех почти незнакомых или малознакомых - это как эффект счастья ощущается, инсайта, "открытия", это как эффект эмоционального опьянения...

Это по диагностике уже к психопатии ближе... некоторые и срываются совсем...

Насчет эгоизма.

В современной психологии принято разводить эгоизм - как позитивное качество (стремление человека для себя сделать хорошо - ЛЮБОВЬ К СЕБЕ) При этом предполагается, что нормальный человек хочет любить быть любимым и т.п. Вобщем человеческую среду обитания тоже любит. Даже трактуют заповедь "Возлюби ближнего как самого себя". Видите мол сначала нужно полюбить себя, а потом по этой мерке и ближнего. Не научишься любить себя, не сможешь любить и других и т.п.

И эгоцентризм, как крайнюю, ЧРЕЗМЕРНУЮ степень эгоизма, когда человек не признает условий в которых он находиться, интересов окружающих его людей и т.д. - разрушающую человеческую среду обитания в конечном счете - это качество негативное. Оно свойственно определенному этап в разитии ребенка. Поэтому ребенка "воспитывают" - ну он перерастает как правило эту фазу. Во взрослом же состоянии от человека такого как правило не ждут и обижаются ;)

Только никто этого людям не объясняет. Потому это все ненужно никому. ХОЧЕШЬ БЫТЬ СЧАСТЛИВЫМ - БУДЬ ИМ! Вот что говорят. И у людей крылья за спиной вырастают.

И возвращаясь к упражению "Что ты хочешь" - это один и элементов выстраивания внутри человека этой непротиворечивой, однозначной "линии" внутри человека - УСТАНОВКИ, которая прорабатывается от подсознания, до специфической философии и подкрепляется ГИГИНТСКОЙ, ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ поддержкой 50-80 человек. (А таких элементов много).

Задача тренинга - чтобы человек в конечном счете прямо здесь и сейчас встал и сделал то, что хотел, но считал невозможным. И небыло у него никаких сомнений, переживаний и прочих тормозящих факторов. Все было просто легко и успешно.

И все бы хорошо... да только у людей кошмары по ночам бывают от этого, (кстати даже у координаторши в примере на который вы ссылку дали.... ее дневник помните? обмолвилась она...) да агрессивность дикая когда кто-то против их желаний выступает, ну и прочие неадекватки "культовой личности"... причем это со временем в скрыто-агрессинвый депресняк превращается, который и развивается.... впрочем как многие психические болезни...

Для начала ссылка на немного заумную статью «Мозговая организация и психическая динамика» http://psyjournal.ru/j3p/pap.php?id=20010403 .

Человеческая память ассоциативная. Просто так записать и стереть там невозможно. Даже если удастся впихнуть в память человека некую установку в абсолютно бессознательном состоянии, то она все ровно не будет работать. Перепрошить личность как программу не получится. Отсюда такая сложная процедура по Хассену: «Разморозка», «Изменение», «Замораживание». Причём нет строгих границ между этими этапами. Они могут значительно перекрываться и использоваться одновременно. Например приведённая мной ранее фраза «Что может дать нищий обществу? Успешный эгоист может с десяток людей накормить, создать для них рабочие места.» вполне может действовать как все три этапа одновременно. Она разрушает сложившиеся ассоциативные связи текущей личности (Заставляет человека подвергать критике его морально и этические нормы)( «Разморозка»). Будучи логически верной, легко вписывается в его текущую систему ценностей.( «Изменение») Берется за основу в его дальнейших рассуждениях.( «Замораживание»). Последнее как раз может работать и после тренинга. Своими рассуждениями человек продолжает трансформировать себя. Таких вот банальных истин (волков в овечьей шкуре) там предостаточно бомбардируют людей. Вот ещё образчик: «общество распяло Христа и простило разбойника». Вкупе с остановкой мышления и уничтожения всякого критического мышления это действительно хорошо действует. Возрастной регресс, перегруз во времени, «Что ты хочешь?» - это всё конечно направлено именно на то, чтобы ослабить ассоциативные связи (внутренние репрезентации) личности. В тупую внушить человеку установку практически невозможно, надо чтобы он сам её в себя встроил.

Теперь про эгоизм.

Новорожденный этнос, как только заявляет о своем существовании, автоматически включается в мировой исторический процесс. Это значит, что он начинает взаимодействовать с соседями, которые ему всегда враждебны. Да иначе и быть не может, ведь появление нового, активного, непривычного ломает уже установившийся и полюбившийся уклад жизни. Богатства региона, в котором произошло рождение этноса, всегда ограничены. Прежде всего это относится к запасам пищи. Вполне понятно, что те, кто спокойно существовал при устоявшемся порядке, отнюдь не хотят стеснять себя или уступить свое место другим, чужим, непонятным и неприятным для них людям. Сопротивление новому возникает как естественная реакция самозащиты к всегда принимает острые формы, чаще всего истребительной войны. Для того чтобы победить или, как минимум, отстоять себя, необходимо, чтобы внутри этноса возникла альтруистическая этика, при которой интересы коллектива становятся выше личных. Такая этика наблюдается и среди стадных животных, но только у человека принимает значение единственного видоохранительного фактора. Она всегда соседствует с эгоистической этикой, при которой личное плюс семейное становится выше общественного, но. поскольку интересы личности и коллектива часто совпадают, острые коллизии возникают редко. С точки зрения сохранения человеческого аналога видового таксона, т.е. этноса, сочетание обеих этических концепций создает оптимальную ситуацию. Функции разделены. "Альтруисты" обороняют этнос как целое, "эгоисты" воспроизводят его в потомстве. Но естественный отбор ведет к сокращению числа "альтруистов", что делает этнический коллектив беззащитным, и по прошествии времени этнос, лишившись своих защитников, поглощается соседями. А потомство "эгоистов" продолжает жить, но уже в составе других этносов, вспоминая "альтруистов" не как своих защитников-героев, а как людей строптивых и неуживчивых, с дурным характером.

Это небольшая часть из главы «АЛЬТРУИЗМ. ТОЧНЕЕ-АНТИЭГОИЗМ» работы "Этногенез и биосфера Земли".

Вернёмся к «общество распяло Христа и простило разбойника». Конечно, Царство Иудейское уже поглощено Римской Империей. Общество эгоистов простило эгоиста и распяло альтруиста.

По Великой Ясе Чингисхана смертная казнь полагалась - за неоказание помощи боевому товарищу, за убийство, блуд мужчины, неверность жены, кражу, грабеж, скупку краденого, сокрытие беглого раба, чародейство направленное во вред ближнему, троекратное невозвращение долга. Другой этап развития этноса, другие крайности. Тут эгоистов просто отстреливают.

Никогда в природе не существовало развитого прогрессивного эгоистического общества. А вот примеров того, как когда-то проявивший себя народ при росте эгоизма вырождался в примитивную общественную форму, предостаточно. Здорового эгоизма может быть ровно столько, сколько есть при данном развитии общества. Любой разговор о каком-то здоровом эгоизме ещё, есть ничто иное как демагогия. Рассуждения в этом направлении это тоже, что и разговор по всем известной альтруистической Утопии. Все логические построения верны, но не работает, так как за этим ничего нет. Вряд ли психолог из современной Палестины будет разводить эгоизм. Там он будет разводить альтруизм.

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Статья из научного журнала "Психиатрия"

Pathology as "Personal Growth":

A Participant-Observation Study of Lifespring Training

Psychiatry, Vol 46, August 1983

Janice Haaken PhD, is Assistant Professor of Psychology, Portland State University, Portland OR, 97207.

Richard Adams PhD, is Associate Professor of Sociology Lewis and Clark College, Portland.

This paper presents an overview of a Lifespring Basic Training workshop from a psychoanalytic perspective. Basing our conclusions on a participant-observation study, we argue that the impact of the training was essentially pathological. First, in the early period of the training, ego functions were systematically undermined and regression was promoted. Second, the ideational or interpretive framework of the training was based upon regressive modes of reasoning Third, the structure and content of the training tended to stimulate early narcissistic conflicts, and defenses, which accounted for the elation and sense of heightened well-being achieved by many participants.

A major contemporary force in developing popular conceptions of the self has been the human potential movement, grounded in the premises and practice of "Third Force" psychology--humanistic psychology--which emerged in the 1950s and found increasingly widespread expression in the next two decades. The growth of the human potential movement has been both exponential and chaotic. In the realm of education and therapy it has created numerous gurus and schools and provided an array of techniques and procedures for the enhancement of personal growth. In the 1970s an effort was made by several persons, and groups to consolidate various practices into cohesive packages as training programs. These widely marketed programs, designed and organized to effect significant and positive changes in the lives of participants were first successfully initiated by Werner Erhard with est, and are now dominated by est and Lifespring. The investigation presented here focuses on the structure and processes of a Lifespring training program.

For the most part, literature which is available on "human growth" companies is limited to clinical impressions and journalistic reports of est. Clinicians have tended to focus on psychiatric risks associated with the training for some people (Kirsch and Glass 1977). Others have emphasized its efficacy as an adjunct to psychotherapy (Paul and Paul 1978). Anecdotal reports of Lifespring graduates are often enthusiastic, lending support to the organization's strong claims for the effectiveness of its training activities. Comments of graduates range from "It changed my life" to "It was extremely valuable." However, such global reports often lack specific content.

To date, there is no published material on Lifespring other than materials which are distributed by the organization. Follow up studies initiated by research associates of Lifespring Foundation suggest that the training increases "self- actualization" as measured by the Personal Orientation Inventory (Shostrom 1978). Although the Inventory provides an objective measure of the effects of the training, it poses typical scaling problems. The results are based on forced-choice questions whish restrict the range and content of responses. In addition, a response bias may be built into the scale: it is heavily laden with the language and values of the human potential movement and may merely be measuring a superficial familiarity with the training ideas. As Rosenthal (1978) pointed out in his review of empirical findings on encounter groups, participants tend to overstate, often in global terms, the extent of "personal growth" achieved.(p. 74)

The research upon which this paper is based was developed out of the need for a clearer and more detailed picture of the Lifespring phenomenon. The purpose of the paper is both descriptive and analytical. First, we describe Lifespring training: the participants and leaders, the structure of the training activities, and the techniques utilized. Second, we explain the effects during Lifespring training from a psychoanalytic perspective. We argue that although participants often experience a heightened sense of well-being as a consequence of the training, the phenomenon is essentially pathological. By pathological, we mean that the training systematically undermines ego functioning and promotes regression to the extent that reality testing is significantly impaired. This does not imply that participants suffer from lasting forms of psychopathology as a consequence of the training. The long-term effects of the training and its usefulness to participants in facing problems in living fall outside the scope of this phase of the study.

The interpretive framework adopted here is supported by several psychoanalytic premises concerning group behavior. In discussing the relationship between ego functions and group behavior, Freud noted that "intensification of the affects and the inhibition of the intellect" characterized "primitive groups" (1959 p 20). Primitive groups promote the blurring of ego boundaries and psychological merger with the group leader, who serves as an ego ideal for group members. By projecting ego and superego functions, e.g. the regulation and control of impulses, into the leader, members may express infantile aggressive and libidinal drives normally held in constraint. (Kernberg 1980 p212). This psychological state may be described as regressive in that it is reminiscent of the experience of early childhood—the oceanic experience of oneness with the all-good, protective parent who mediates between the child’s immediate needs and the external world.

Regression, however, does not inevitably imply pathology. From a psychoanalytic perspective, many healthy and adaptive forms of human activity, such as falling in love (Grunberger 1979 pp 5-6) and artistic achievement (Kris 1964 p 28), require the capacity to regress, When falling in love, one must be able to experience temporary states of psychological merger with another person and artistic achievement often involves access to impulses and irrational of primitive fantasies. In addition, the ability to work in groups or to engage in collective forms of social action requires the capacity to merge with the group ideals and group interests. The critical distinction in determining pathology in group members concerns the extent of regression – i.e., the dominance of primitive fantasies or impulses and the level of ego control maintained. By ego control, we mean the capacity for reality testing, for mobilizing adaptive defenses, for distinguishing between internal and external events, and for bringing affective states under rational control.

Many of the encounter groups of the human potential movement have been described as regressive because of their disinhibitive effects and their tendency to stress abandonment to strong emotions while disparaging reasoning and intellect (Back 1972, p 79; Schur 1976, pp48-53). The emphasis upon "getting in touch with your feelings" and "getting out of your head" may be of therapeutic value in encouraging participants to gain access to previously warded off impulses, a process which often occurs in successful forms of psychodynamic therapy. However, without an interpretive framework which reconciles affective states with objective reality and logical thought processes, such group cathartic experiences offer little opportunity for sustained therapeutic change and may, in fact, be psychologically damaging (Lieberman, Yalom, and Miles 1973 pp 167-209)

The study

The material presented in this paper is based on a participant-observation study by a psychologist and a sociologist at a Lifespring Basic Training workshop held in Seattle, Washington in 1981. Because of the uniformity of Lifespring trainings, this workshop most likely is representative of training workshops in other settings. The training took place over five days and consisted of a total of 48 hours. Participants met from approximately 6 to 12 PM on the three days before two all-day workshop sessions. In addition, a "wrap-up" session was held four days after the initial training. While participants and leaders were unaware of the research project, prior consent for the project had been obtained from the Lifespring Corporation and the fees were waived.

Our approach was consistent with usual participant-observation methods. Because of the anticipated evocative nature of the experience, measures were taken to assure both a sufficient level of experiential involvement and sufficient analytical distance. Our reactions, as participants, were understood to constitute an important phenomenological aspect of the inquiry to be carefully noted. We decided to allow some self-disclosure (to discuss "real" problems when appropriate) but to avoid disclosure in those areas of our personal lives which were too affectively loaded to allow the emotional distance compatible with researching. Thus, we sought to achieve genuine but restrained involvement to avoid either immersion in the experience, or conversely, excessive detachment. We do recognize that our decisions about how we would react make our experiences somewhat different from those of the other participants.

Although notes and taping were not allowed during training sessions, we made extensive notes during breaks and at the close of each day’s session. Our discussions following each session were taped and subsequently transcribed. Efforts were made to provide a detailed account of what had occurred and to note any discrepancies in our reactions or recall of events.

The conclusions presented here are the result of a thematic analysis of the transcribed sessions. Although the conceptual framework which investigators bring to a participant-observation study structures both the particular content and the meaning of observations, we attempted to suspend previous assumptions to the extent that this was possible. Thus, our approach to the training experience was primarily inductive in nature. For expository purposes, we have subsumed the descriptive data under the conclusions drawn from our analysis of the training.

Participants

Participants paid $350 for the Basic Training, which is the first of the three levels in the Lifespring training series. The group consisted of 68 adults ranging in age from 17 to 66 years, with and average age of approximately 35 to 40. Women slightly outnumbered men. Most participants were Caucasian; there were only a few minority group members – 1 Black and 3 Asians. The socioeconomic status of participants was for the most part middle-income. The majority were in sales positions, self-employed or housewives. A few were in professions such as teaching, engineering, medicine and dentistry. The explanation given for participation in the training included the range of complaints, which typify psychotherapy populations. Couples came to resolve marital conflicts. The younger participants, in particular, reported feelings of loneliness, social isolation or a lack of direction in life. Others said that difficulty with jobs or personal relationships brought them to the training.

Although Lifespring provided a preliminary questionnaire to screen out those who were under psychiatric treatment and emphasized that the training was educational rather than therapeutic, the promise of a rapid cure for these various complaints was unmistakably an attraction to the participants. Thus, an important motivational basis of the training was the expectation that dramatic change would occur. Most participants learned of Lifespring through the recruiting efforts of friends and family members who were Lifespring graduates. The promise of "personal growth" held out by the organizations and zealous graduates was both nonspecific and unlimited. As we waited for the workshop to begin, a high level of anticipatory excitement was created by the expectations of the participants, the mystery surrounding the training, and the laudatory comments of friends and family members who mingled with the group. As participants were finally ushered into the training room, Lifespring staff and supporters applauded enthusiastically, indicating that something quite important was about to take place.

The Leaders

The staff for the training consisted of one leader, or "trainer", who was a paid member of the Lifespring staff, and eight volunteer assistant leaders who had already completed the series of Lifespring training workshops. The trainer was a conventionally attractive man of about thirty. He was tall, dark, even-featured and meticulously attired in dressy sports coat and tie. His physical appearance projected a Madison Avenue image of success. His training in leadership and communications prior to his Lifespring training was as an IBM sales representative.

The assistant leaders were in charge of various logistical aspects of the training such as leading small group discussions and monitoring various experiential exercises. They also conducted much of the follow-up contact with participants after the training. Most of the assistants were employed in sales or managerial positions.

Diminished ego functions and regression

As with many of the encounter groups and sensitivity training workshops of the 1960s and 1970s, the structure and content of Lifespring training had a disinhibitive effect. Reasoning and intellectual processes were minimized while affective states were intensified. However, Lifespring differed from these prototypical groups by the extent to which the leaders took control of ego functions for participants. The environment was elaborately structured, much as a compulsive parent would do for a small child. During the early training sessions, chairs were meticulously arranged on rows of masking tape facing the podium, where the leader stood with large paper tablets for didactic instruction. If a chair was moved, the participant was instructed by one of the assistants to return it to the taped line. The theme song from Star Wars was played ceremoniously at the beginning of each sessions, and participants were to be seated in their chairs by the conclusion of the music. Frantic compliance to this rule was remarkable even though its purpose and the consequences of noncompliance were unclear.

The trainer began the workshop by discussing the purpose of Lifespring, writing "personal growth" and "personal awareness" in bold letters on the board. Awareness was defined as "understanding things as they are." The trainer emphasized that the answers were already within us- it was just a matter of discovering them. "Everything has always been available to you. It’s a matter of noticing it, of awareness." This nativistic approach to knowledge was dramatized by a banner across the front of the room which "grew" in size each day. The enigmatic phrase, which spanned twenty feet by the fifth day, was "What am I pretending not to know?"

Following the introduction by the trainer, the group discussed the various motives for coming to Lifespring and how to achieve "full value" from the training. The key phrases, which described the vehicle to personal growth, were "submission," "100 percent commitment," and "spontaneity".

This emphasis upon submission and total involvement required some attention to resistances--the doubts, and reservations which participants inevitably would experience. The trainer moved to a discussion of "how we avoid," drawing from the audience examples of avoidance behaviors such as forgetting, sickness, and daydreaming. The question was posed, "What stands in the way of creating maximum value for yourself?" By the end of the first evening, the trainer had explained emphatically the major contingency for achieving the expected transformation: complete submission to the Lifespring experience. By the device of identifying resistances as "ways of avoiding," participants' questions, doubts and concerns were labeled as obstacles to personal growth.

A variety of rules for "playing the Lifespring game" were then reviewed and participants were asked to stand to indicate agreement with them. While all groups, are guided by implicit or explicit rules, the Lifespring rules were notable for their emphasis upon obedience to the instructions of the trainer and their arbitrariness or lack of an apparent rationale. The effect of a prolonged discussion of the rules, which included some challenging questions by participants, was to fortify the position of the trainer as a legitimate authority who was in control and to diminish the participants' control.

Audience responses were managed in a way which reduced the ability of participants to think critically and simultaneously inflated their self-esteem. In order to speak, participants had to stand, he acknowledged by the leader and speak into a microphone. The audience was to applaud after the person finished speaking, presumably indicating support for the "risk of sharing." The experience of having to speak before a large group, hearing one's voice amplified and being rewarded with applause was undoubtedly useful for those who were fearful of public speaking. However, since the applause was mandatory, it was not an indication of the quality or coherence of participants' comments. The trainer acknowledged as valid only those audience responses which confirmed or illustrated a point being made. Over the five days, responses came increasingly to mirror the idiom of the trainer, and the applause became increasingly enthusiastic. This essentially distorted And magnified the import of what was -being said, undermining reality testing. For example, midway through the training, one participant stood and announced elatedly, "I've got it!" Considerable applause followed even though there was no explanation about what he had 'gotten."

What was rewarded by the trainer was compliance or pseudocompliance. Participants who offered critical comments or who suggested a different way of conceptualizing a problem had their statements dismissed were subjected to ridicule or were confused with paradoxical logic. The "dissenter" was generally maneuvered into some form of compliance before being permitted to sit down and receive the applause.

An example of this type of interaction occurred on the first evening after the "Trust" exercise.-' Instructions for this exercise were as follows: Participants were to mingle, and when eye contact was made with other participants, one of four comments was allowed: "I trust you ", "I don't trust you," "I don't know if I trust you,"" or "I don't care to say if I trust you." The participants were then to move on to the next person without further comment. After regrouping following the exercise, one participant challenged the implicit reasoning behind the exercise; as the exchange below indicates, his reaction was dismissed without legitimizing the rationality of the question that he raised.

JAMES: I'm not sure what this had to do with real trust. I mean, it's not an all or nothing thing-like "I trust you" or "I don't trust you." I would trust someone with my car before I would trust them with my child, depending on how well I knew the person.

TRAINER: Are you willing to consider the possibility that you don't know what trust really means?

JAMES: (Appearing confused and hesitating) Yes.

TRAINER: Thank you. You may sit down. (Audience applause)

The trainer used a variety of techniques to neutralize comments which challenged or qualified the point being made and maintained sufficient control over audience responses to assure that defiance and critical thinking were not publicly rewarded. The use of confusing "double talk" was particularly effective in disarming those who threatened to delegitimize the trainer's position. Statements such as "What you think isn't is, and what you think is isn't," or "Well, what is the answer?" were perplexing enough to cause the participant to fatter in uncertainty. The suggestion that the participant was disturbed, confused, "avoiding," or "game-playing" were other tactics used to discredit objecting participants.

As the training progressed, participants, become increasingly reliant upon the trainer to interpret reality. Defenses and the capacity for critical reasoning were undermined by both the structure of the training and the responses of the leader. Typically, a didactic session followed each experiential exercise, providing an interpretive framework for the feelings evoked. The trainer provided attributions for the heightened arousal which was generated by the exercise.

A form of exercise used repeatedly throughout the training involved highly structured interactions in pairs. Each member of the pair faced the other in the open position" (legs uncrossed, one hand placed on each leg), and eye contact was to be sustained for the entire exercise. If participants deviated from this position--for example, by breaking eye contact or crossing their legs-the assistants instructed them to resume the open position. We found that the experience of having our movements monitored throughout the five days (while being told to be spontaneous) was particularly unsettling, evoking feelings of powerlessness and dependency. The prolonged eye contact required in all pair exercises had a certain hypnotic effect in that it became increasingly difficult to withdraw from the influence of the exercise.

A number of dyadic exercises which reenacted parent-child relationships were included in the training as a means of resolving conflicts through brief, intense encounters with parent surrogates. These exercises also contributed to the regressive pull of the early phase of the training. The first involved one partner standing and assuming the position of a parent while the other gazed into his/her eyes from the perspective of childhood memory. As feelings, of infantile helplessness in relation to a powerful parent were evoked, participants displayed more childlike behavior, such as giggling and eager compliance to the trainer. Another exercise required that one partner attempt to gratify all the childhood fantasies of' the other--fantasies of what the perfect parent would have provided.

Idealational themes and regression

On the second evening during the didactic session, the ideational content of the Lifespring message was reviewed elaborately with the use of diagrams. The trainer began with a discussion of "how we respond to events." He argued that by "resisting events" or "attempting to change them," people merely rely on prior belief systems or "automatic" ways of interpreting the world. This way of responding is a reactive one which ties people to the experience of the past and to unrealistic expectations for the future. The trainer emphasized that "coming from a position of change never works," On the other hand, "submission" to events and acceptance of things as they are results In "creative choice," "awareness," "joy" and "growth." The paradox of this implicitly conservative message was that personal control was promoted through submission or surrender to the existing reality of the trainer.

The following interchange took place as one of the researchers attempted to challenge the logic of the presentation, using the language and categories provided by the trainer.

JANICE: Part of what you're saving matches my experience and part of it doesn't. I can see how in some situations conflict is made worse by reacting on the basis of rigid, unrealistic expectations. Yet. in other situations--like the women's movement or other social movements--those who resist are the ones who create change. For those who submit and back away from conflict, no change takes place. Also, beliefs can limit us but they can also sustain us at times. The belief in justice or equality, for example, can provide hope for another way of cooperating in the world. There needs to be some distinction between rational and irrational or infantile beliefs here.

TRAINER: Your problem is that you're stuck on the level of analyzing and beliefs. You're hung up on having to analyze everything.

JANICE: I thought that this was the time for that- the didactic period. Isn't that what you're doing on the board? Am I wrong? (Some audience laughter)

After the audience laughter the trainer removed his chart, displaying some irritation, and began a new chart entitled "Levels of Awareness." He started with "belief," stating that this was a low level of human awareness: he then discussed "analyzing" and "experimenting." He distinguished these three low levels of awareness, which presumably maintain the "illusion of certainty," from "experiencing and observing." which are unfettered by belief and lead to "natural knowing." By stressing that "all beliefs are arbitrary," the trainer promoted a radical devaluation of the external world. This solipsistic view of the world, which presupposes a presocial self, contributed to the general tendency of Lifespring to cultivate regressive modes of reasoning.

Although there was often an element of truth in the trainer's arguments, the extensive use of all-or-nothing categories, absolutist logic and magical thinking distorted what would other-wise have been reasonable points. Ideas were not presented as problematic beliefs which were open to scrutiny but as transcendent truth--"natural knowing." The critical eye of the participant wits turned away from tile content of the training and toward him/herself. its the source of all knowledge

Infantile omnipotence and identification with the leader

After participating in a variety of regressive exercises, Participants came increasingly to identify with the trainer and to share his power during the third and fourth days of training. Shifting from the emphasis upon submission and trust, the trainer suggested that we were totally responsible for all events, in our lives--"100 percent accountable"--including the selection of our parents. An exercise designed to illustrate the theme of "taking full responsibility" involved the use of pairs. Partners were to tell each other of an occasion when each had been victimized. Several people told stories about having been beaten by a parent as a child. We were then instructed to retell the story from a position of 100 percent accountability--in other words, how we "set things up to be that way."

This exercise transformed the infantile helplessness which participants had experienced earlier into infantile omnipotence. Many participants reported feelings of elation and expansiveness following this exercise. The level of insight gained was akin to the reasoning of a small child who has not yet cognitively overcome an egocentric view of the world--the conviction that all events emanate from the self. The subjective experience of liberation which accompanied this exercise seemed to stem from the sense of omnipotent control generated among the participants. The group was particularly vulnerable to this type of primitive reasoning because of the effects of the earlier training. The lowering of inhibitions, the extensive structuring of the environment and the undermining of critical thought combined to elicit archaic defenses such as omnipotence.

Identification with the powerful position of the trainer as a defense against infantile helplessness and dependency was made evident by the increasing reliance upon his language over the five days of training. The language of the human potential movement, which provided the "official" lexicon of Lifespring, seemed to exhaust and encompass all of human experience, e.g., "getting off automatic," "going for it," "taking risks," "taking responsibility," and "creating your own reality." These phrases took on an almost magical communicative power within the group.

As the training progressed and the trainer's words were repeated by group members, the trainer became softer in his style and more accessible to the group. His occasionally stepping down from the podium and mingling with the group allowed a greater sense of psychological merger with him. Our collective seduction was dramatically enacted on the fourth day as participants took the position of the leader on the podium and "shared" the growth which they had achieved thus far. Laura, an attractive and articulate woman of about thirty, who had been the first participant to object to a rule on the first evening, approached the microphone. Her voice trembling, she began to explain how socially isolated she had become and spoke of the barriers which she had erected to keep people at a distance. The trainer then asked if she would be willing to try an exercise in "trust." The lights were dimmed and the woman stood on a chair ready to fall backward into the arms of six men selected from the audience. As sensual music played, the trainer stood close to her, murmuring in intimate tones. Finally she allowed herself' to fall, and the men began to rock her back and forth to the music. The trainer remained close to the woman, who was now sobbing, massaging her stomach and speaking softly to her. The exercise was quite poignant, moving many participants to tears. Although the surface meaning of the exercise concerned trust, it was compelling in its libidinal and religious undertones. There had been a series of testimonials followed by the "baptismal" of a formerly recalcitrant participant. She had fully immersed herself in the experience and had finally yielded to the trainer.

The desire for merger, which is reminiscent of the security and total dependency of early childhood, has been identified in various psychological phenomena, e.g., falling in love, religious experiences, and intoxicated states. However, what we found particularly troublesome in the various trust exercises presented in Lifespring was the implied indiscriminate nature of trust. The desire for intimacy was gratified instantaneously. It appeared to matter little whether or not the object of desire was trustworthy. The emphasis was upon abandonment to an undifferentiated, unknowable other who existed as an extension of one's own needs.

An essentially solipsistic view of the world was supported by the experiential and ideational content of tile training throughout the five days. While reactions to others always contain projective themes, at Lifespring the boundary between inner and outer reality, between self and other, was constantly being obliterated by the structure of the training. This contributed to the sense of expansiveness and boundless power experienced by participants. The idea of "mirroring" was used in several exercises as a metaphor for projected reality. "What you see in others," we were told, "is a mirror of yourself."

Exercises which mobilized narcissistic defenses, i.e., feelings of inflated well-being and exaggerated personal power, were alternated with attacking exercises, which were narcissistically injurious. The latter evoked feelings of shame and worthlessness and made the group vulnerable to the judgments of the leader. One example involved a game called "Red and Black," which required the group to divide into two teams and develop strategies, based upon a set of rules, for achieving the greatest number of points. Neither team was able to recognize that the main contingency for getting the maximum number of points was that both teams succeed. Essentially, if one team lost, both lost. And both teams did lose. This exercise could have been an occasion for discussing the cultural context of competition and aspects of our society which make it difficult to identify cooperative contingencies. Instead, the trainer castigated participants, finally stating with disgust, "You all make me sick." Since the exercise was at the close of the evening, we were to go home and reflect upon what we had learned. Many participants were silent and tearful as we closed the evening session

By assuming the position of a harsh and rejecting parent, the trainer was able to mobilize infantile feelings of badness. This experience made it more likely that participants would attempt to defend against feelings of being a bad and powerless child in subsequent exercises by identifying more strongly with the leader. The tendency to identify with him in order to share in his power was particularly evident. on the morning following the Red and Black exercise as 8 or 10 participants lined up enthusiastically on the stage to give testimonials. This was the first time in the training that participants were invited to join the leader in his elevated position on the stage.

During the final two days of the training, there was a great deal of hugging and other indications of affection among participants. However, these expressions of "love for everyone" seemed to be narcissistically motivated. They were an extension of the expansive mood and feelings of power experienced by many of the participants rather than an expression of mutuality or attachment. Another group exercise, based on an assembly line model of human relations, illustrates the indiscriminate nature of intimate overtures. Participants assembled in two concentric circles, facing each other. Each facing pair was to simultaneously indicate one of four possible gestures of intimacy: no contact; a handshake; holding hands; or an embrace. After completing this brief, silent interaction, the lines shifted and new pairs were formed, repeating the procedure. Most pairs embraced so that by the conclusion of the exercise, close contact had been made among the majority of participants.

While this exercise may have been helpful for those who fear physical contact, providing a form of desensitization, it stripped such interactions of the relational context which generally gives them meaning. Instead, it became a rather compulsive, counterphobic reaching out which provided little information concerning problems of intimacy. These fleeting physical contacts were experienced as if they had profound human implications.

Pseudo self-awareness and reality testing

The events of the fifth and final day of the training provided an opportunity for participants to use what they had learned in responding to an unanticipated crisis. Following the morning break, one of the more actively involved participants, Patrick, leaped up and took the position of the trainer on the podium. Initially it appeared that Patrick was acting out against the trainer by mocking him and by ignoring rules. However, it soon became apparent that he had decompensated--his speech was incoherent, he was out of contact with reality, and he appeared to be hallucinating. The trainer approached him and told him to stop "game playing." His "other choice" was to "go to a place where they allow people to play crazy games." Patrick merely gazed vacantly at the trainer and continued to mutter Lifespring phrases. Various participants, responded by encouraging Patrick to "go for it" and "let it all out." They did not understand that he had already "let too much out." His apparently fragile defenses had been repeatedly challenged by the trainer, who hid often accused him of "bullshitting,"

When it became clear that Patrick was unable to pull himself together, the other participants were asked to leave the room. We gathered outside, initially stunned by what had transpired. Then the group coalesced into a "circle of love," initiated by several members, out of the desire to "send Patrick our energy." The group was clearly attempting to provide comfort to its members in an upsetting situation. What was remarkable was the level of denial and misinterpretation of what had occurred. The group transformed Patrick's psychotic episode into a positive experience by using the categories of reasoning provided by the training. Drawing upon the infantile omnipotence encouraged by earlier sessions, some of the participants declared that "we are going to heal Patrick-he'll feel our energy." Others commented cheerfully that "he is getting in touch with his feelings" and "whatever he chooses is right for him, it's the very best for him." After Patrick had been spirited away, the group reconvened to continue the training. What could have been an occasion for discussing what had happened, including the impact of the training on Patrick, instead stimulated an outpouring of testimonials.

Since the group's idealization of the trainer was potentially undermined by this incident, decisive defensive operations were necessary to prevent the eruption of hostility in the group. The group felt impelled to reaffirm the goodness of Lifespring and to externalize and redirect the bad feelings evoked, which were potentially directed toward the trainer. Hostility was deflected from the trainer, who received the uncontaminated affection of the group, onto one of the participants who had remained outside the "circle of love." This participant, one of the researchers, had been a symbol of resistance throughout the training by asking questions and at times disagreeing with the trainer. During one group exercise, he had been selected by half of the participants as the "least attractive" person in the group. He was offensive to many participants for being "too analytical," "rigid," and "not feeling enough."

In the wake of the morning's events, affective states were intensified and a mood of hysteria was palpable. While loving feelings were directed toward Lifespring, the hostile component of what had been evoked was now directed more intensively toward the participant- researcher. One participant stood and stated, "I've got something to say to Dick. You know, I really hate Dick!" Another participant charged, "You don't give your love, Dick. All I want, Dick, is for you to love. And you hold back your love!" When Dick explained his reactions to the events of the morning, various participants shouted out angrily, "You're coming from your head, stop analyzing, come from your heart."

Within the narcissistic framework constructed by the training, the use of infantile splitting-dividing the relational world into "all good" and "all bad" objects emerged as a dominant defense against anxiety in the group. In order for the Lifespring experience to he taken in, it needed to be idealized as an all-good object. The trainer could not. be questioned nor the content of the training challenged. Participants whose opinions deviated from the trainer's were seen as a threat to the feelings of elation and well-being enjoyed by participants. Such threats had to be actively defended against in order to preserve the fantasy of omnipotence cultivated within the training.

Conclusion

We have argued that while many participants experienced a sense of enhanced well-being as a consequence of the training, these experiences were essentially pathological. First, ego functions were systematically undermined and regression was promoted by environmental structuring, infantilizing of participants and repeated emphasis on submission and surrender. Second, the ideational or interpretive framework provided in the training was also based upon regressive modes of reasoning--the use of all-or-nothing categories, absolutist logic and magical thinking, all of which are consistent with the egocentric thinking of young children. Third, the content of the training stimulated early narcissistic conflicts and defenses, which accounts for the elation and sense of heightened well-being achieved by many participants. The devaluation of objective constraints upon a person's action promoted grandiose fantasies of unlimited power. A corollary to this devaluation of the external world wits that interactions with others lacked substance. People appeared to be interchangeable so that ephemeral, indiscriminate emotional contacts were experienced as profound and meaningful. Identification with Lifespring necessitated considerable idealization so that any threat to this experience was aggressively defended against.

Our methods had an effect on our experience of the training and on our conclusions. The Lifespring Basic training, which demands full participation and rejects the legitimacy of observation, provided a particular challenge to the participant-observation method. In the Lifespring milieu any evidence of observation became evidence for the need for further "growth," for getting away from analysis or "intellectual trips." Lack of full emotional involvement in the training thus set the authors apart from the-group and led us to experience the training differently from the rest of the participants. As a result, we are not qualified to speak from the point of view of the "average participant." We did not, to use Lifespring's words, "got the training."

However, as participant-observers, we did share some of the group's subjective experiences, particularly the extraordinary pressure to conform. In this instance, the context of participant-observation, which as Rabinow (1977) says is dictated by "observation and externality," provided us with the opportunity to note the lengths to which the trainer was willing to go in attempting to achieve the required submission and commitment which we have described In this paper. Thus participant-observation, although a research strategy not. suited to fully integrating the researcher into the Lifespring Basic Training, did prove to be invaluable for developing insight into the processes of that training.

We have not addressed the normative implications of the training nor the extent to which participants are prepared by our culture to respond positively to Lifespring. The ideational content of the training would he less persuasive, perhaps, if beliefs concerning the autonomy and power of the individual were not deeply embedded in the prevailing ideology of American society. Growth organizations seem to be capitalizing upon the erosion of traditional means of supporting these beliefs and of anchoring individual identity. A deeper understanding of this phenomenon would require an analysis of the sociohistorical context out of which it emerged and from which it has gained its legitimacy.

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Ну вот я об этой статье собственно и говорил и ссылки давал. Единственое научное исследование на сегодняшний день. Делел его американский институт. Там еще материалы есть интересные свидетельствыа участника, даные о разрушенных семьях, когда муж или жена после тренинга уходили...

Минус один у статьи. Она с позиции Фрейдизма все это описывает. "Эго" там и проч. терминологя специфическая... И у нас вобщем то считается не самой научной ;) Но что есть...

А вообще название повторюсь "Патология как "Личностный рост" ну или по русски "Паталогия выдаваемая за "Личностный рост".

Переводить надо ;)

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Автоматический перевод статьи.

Мною кое как поправленный. Если есть уточнения, исправления, поправки и тп, то пишите в личку. Исправлю.

Патология как "Личностный Рост":

Исследование включенного наблюдения тренинга Lifespring

Психиатрия, Vol 46, август 1983

Дженис Хаакен, доктор философии, доцент психологии, Portland State University, Portland OR;

Ричард Адамс, доктор философии, Associate Professor of Sociology Lewis and Clark College, Portland.

Эта статья представляет собой краткий обзор базового курса Lifespring с психоаналитической точки зрения. Наши заключения базируются на исследовании включенного наблюдения. Мы утверждаем, что воздействие тренига было чрезвычайно патологическим. Первое - в начале тренинга шёл систематический подрыв и регресс функции эго. Второе, рациональная или интерпретирующая структура тренинга была основана на регрессивных способах рассуждения . Третье, структура и содержание тренинга имели тенденцию стимулировать ранние нарцистические конфликты, и защиты, которые объясняют восторг и чувство усиленного субъективного (психологического) благополучия, достигнутого многими участниками.

Главной современной силой в развитии популярных концепций, self (самость) была потенциалом человеческого роста, основанных на умозаключениях и практике "Third Force"('Третьей силы') психологии - гуманистической психологии - который появилась в 1950-ых и нашла все более и более широко распространение в последующие два десятилетия. Рост движений 'личностного роста' был экспоненциальным и хаотичным. Это создало многочисленных гуру и школ в царстве тренингов и терапий, обеспечило создания множество техник и методик для повышения личностного роста. В 1970-ых годах было предприняты усилия несколькими людьми и группами, чтобы объединить различные практики в связанные пакеты тренинговых программ. Эти успешные коммерческие программы, разработанные и организованные, чтобы вызвать существенные и положительные изменения в жизни участников, были сначала успешно введены Вернером Эрхардом в ЭСТ, и - теперь доминируют в ЭСТ и Lifespring. Исследование, представленное здесь сосредотачивается на структуре и процессах программы тренинга Lifespring.

Главным образом, литература, которая является доступной для компаний "личностного роста", ограничена клиническими впечатлениями и журналистскими сообщениями о ЭСТ. Клиницисты имели тенденцию сосредотачиваться на психиатрических рисках, связанных с тренингом некоторых людей (Kirsch and Glass 1977). Другие подчеркнули его эффективность как дополнение к психотерапии (Paul and Paul 1978). Характерной чертой сообщений дипломированных специалистов Lifespring являются восторженные, оказывающими помощь в достижении заявленным показателям эффективности ее тренинговых показателей. Комментарии дипломированных специалистов располагаются от "Это изменило мою жизнь" до "Это было чрезвычайно ценно." Однако, такие глобальные сообщения часто испытывают недостаток в определенном содержании.

До настоящего времени, нет никакого изданного материала по Lifespring кроме материалов, которые распределены в самой организации. Доведённые до конца исследования, инициализированные исследовательской ассоциацией фонда Lifespring, утверждают, что тренинг увеличивает "self - актуализацию", что измерено опросником личностной ориентации (Shostrom 1978). Хотя опросник обеспечивает объективную меру эффектов тренинга, он несёт типичные проблемы шкалы оценки. Результаты основаны на специально отобранном списке вопросов, что ограничивает диапазон и содержание ответов. Кроме того, предубеждения ответов могут быть встроены в масштаб: это в большой степени связано с языком и оценками потенциала человеческого роста и могут просто измерять поверхностные отношения с идеями тренинга. Как указал Rosenthal (1978) в его обзоре эмпирических полученных данных в групповой психотерапии, участники имеют тенденцию преувеличивать, часто в глобальных размерах, степень достигнутого "личностного роста". (p. 74)

Исследование, на которое базируется эта статья, было основано из потребности в более ясной и более детальной прорисовке явления Lifespring. Целями статьи является и описание и аналитика. Первое, мы описываем тренинг Lifespring: участников и лидеров, структуру тренинговых техник и используемых методов. Второе, мы объясняем эффекты течения тренинга Lifespring по психоаналитической перспективе. Мы утверждаем, что, хотя участники часто испытывают усиленное чувство благосостояния как следствие тренинга, явление является чрезвычайно патологическим. Патологическим, мы подразумеваем, что обучение систематически подрывает функционирование эго и продвигает регресс до степени, при которой наносится вред при испытании действительностью. Это не подразумевает, что из-за тренинга участники страдают от длительных форм психопатологии. Долгосрочные эффекты тренинга и его полезность участникам при столкновениях перед проблемами жизни, вне возможностей этой фазы исследования.

Интерпретирующая структура, принятая здесь поддержана несколькими психоаналитическими суждениями относительно поведения группы. В обсуждении отношений между функциями эго и поведением группы, Freud отметил, что "усиление эффектов и торможение интеллекта" характеризует "примитивную группу" (1959 p 20). Примитивные группы усиливают размывание границ эго и психологическое слияние с лидером группы, который служит идеалом эго для членов группы. Проецируя функции эго и суперэго в лидера, например регулирование и контроль влечений, члены могут выразить инфантильную агрессию и либидный сдвиг, который обычно сдерживается. (Kernberg 1980 p212). Это психологическое состояние может быть описано как регрессивное в том, что напоминает об опыте раннего детства - огромном опыте исключительности и всемогущества, который защищается родителем, посредником между неотложными потребностями ребенка и внешним миром.

Регресс, однако, не подразумевает неизбежную патологию. В психоаналитической перспективе, много здоровых и адаптивных форм человеческой деятельности, типа влюблённости (Grunberger 1979 стр 5-6) и артистического успеха (Крис 1964 p 28), требуют способности к регрессу. Влюбляясь, личность может испытывать временные состояния психологического слияния с другим человеком, и артистический успех часто обращается к импульсам и иррациональности примитивных фантазий. Кроме того, способность работать в группах или участвовать в коллективных формах общественных действий требует способности слиться с идеалами и интересами группы. Критическое различие в определении патологии члена группы должно определяться степенью регресса - то есть, господство примитивных фантазий или импульсов и уровня поддерживаемого контроля эго. Контролем эго, мы подразумеваем способность личности тестировать действительность, для того, чтобы мобилизовать внутренние защиты, для того, чтобы различить внутренние и внешние события, для того, чтобы привести эмоциональные состояния под рациональный контроль.

Многое из групповой психиатрии личностного роста были описаны как регрессивные из-за их растормаживающих эффектов и их тенденции к стрессам, оставляя сильные эмоции и отказываясь от рассуждений и интеллекта (Back 1972, p 79; Schur 1976, pp48-53). Акцентирование на "контакт с вашими чувствами" и "выход из вашей головы" может иметь терапевтическую ценность в ободрении участников, чтобы получить доступ к предварительно отраженным побуждениям, процесс, который часто встречается в успешных формах психодинамической терапии. Однако, без интерпретирующей структуры, которая урегулирует эмоциональные состояния с объективной действительностью и логическими процессами мысли, в такой группе, в которой ослаблен жизненный опыт, предлагают небольшое по продолжительности терапевтический процесс, что может, фактически, в психологическом отношении вредить (Lieberman, Yalom, and Miles 1973 pp 167-209)

Исследование

Материал, представленный в этой статье основан на исследовании включённого наблюдения психологом и социологом в сессии Базового Курса Lifespring, проведенном в Сиэтле, Вашингтон в 1981. Из-за однообразности тренинга Lifespring, эта сессия наиболее вероятно является одинаковой для других тренингов и состава участников. Тренинг длился более чем пять дней и содержал в общей сложности 48 часов. Участники встречались приблизительно с 6 до 12 после полудня три дня перед двумя рабочими сессиями длительностью целый день. Кроме того, 'выгодные' сессии были проведены спустя четыре дня после базового курса. В то время как участники и лидеры не знали про проводимую научно-исследовательскую работу, соответствующее согласие для проекта было получено от корпорации Lifespring, и от оплаты были освобождены.

Наш подход был совместим с обычными методами включённого наблюдения. Из-за ожидаемой природы эксперимента вызывающего воспоминания, меры были приняты, чтобы убедится в достаточном уровне включения и достаточного аналитического расстояния. Наши реакции, как участников, как понималось, составляли важный феноменологический аспект исследования, который будет тщательно зафиксирован. Мы решили позволить себе немного самораскрытия (чтобы обсудить "реальные" соответствующие проблемы), но избегать раскрытия в тех областях нашей личной жизни, которые были слишком эмоционально загружены, чтобы позволить достаточное эмоциональное расстояние, совместимое с исследованием. Таким образом, мы стремились достигнуть подлинной но сдержанной вовлечённости, чтобы избежать и полного погружения в процесс, и наоборот, чрезмерной отрешенности. Мы действительно признаем, что наши решения о том, как мы реагировали бы, делают наши события несколько отличными от таковых других участников.

Хотя конспектирование и запись на пленку не позволялись в течение сессий тренинга, мы сделали обширные записи в течение перерывов и завершении сессии каждого дня. Наши обсуждения после каждой сессии были записаны на пленку и впоследствии расшифрованы. Усилия были предприняты, чтобы обеспечить детальный отчет того, что произошло и отметить любые несоответствия в наших реакциях или событиях.

Заключения, представленные здесь - результат тематического анализа расшифрованных сессий. Хотя концептуальную структуру, которую исследователи вносят в структуры исследований включённого наблюдения и специфическому содержанию значений наблюдений, мы попытались придержать предшествующие предположения до той степени, какой это было возможно. Таким образом, наш подход к тренингу был прежде всего индуктивным в своей природе. В описательных целях, мы включили в категорию описательных данных те данные, которые могли быть неоднозначными в нашем анализе тренинга.

Участники

Участники заплатили 350 $ за Базовый Курс, которая является первой из этих трех курсов в серии тренингов Lifespring. Группа состояла из 68 взрослых, в возрасте с 17 до 66 лет, и среднего возраста приблизительно 35 - 40. Женщины немного превзошли численностью мужчин. Большинство участников было европейской рассы; было только несколько членов группы меньшинства - 1 афроамериканец и 3 выходца из Азии. Социально-экономический статус участников был главным образом среднего дохода. Большинство были в коммерческом секторе, работающих не по найму или домохозяйками. Были и по профессии учитель, инженер, медик и дантист. Пояснения, даваемые участниками для причин участия в тренинге включало диапазон, которые символизируют популярную психотерапию. Пары приехали, чтобы решить брачные конфликты. Более молодые участники, в частности, сообщили о чувствах одиночества, социальной изоляции или нехватки направленности в жизни. Другие говорили, что трудности с работой или личными отношениями привели их к тренингу.

Хотя Lifespring провёл предварительное анкетирование, чтобы показать свою психотерапевтическую направленность, он всё же подчеркнул, что тренинг был образовательным, а не терапевтическим. Обещание быстрого средства реализации разных желаний участников было для них явно привлекательным. Таким образом, важным мотивационным основанием тренинга было ожидание, что произойдет разительное изменение. Большинство участников узнало об Lifespring через усилия по вовлечению друзей и членов семьи, которые прошли Lifespring. Обещание "личностного роста" предлагаемого организациями и рьяными выпускниками тренинга было неспецифичным и неограниченным. Поскольку мы ждали начала сессии, высокий уровень упреждающего волнения был создан ожиданиями участников, тайной, окружавшей тренинг, и похвальными комментарии друзей и членов семьи, которые также были в группе. Как только участники были наконец проведены в тренинговое помещение, сотрудники и сторонники Lifespring приветствовали их с энтузиазмом, указывая на важность ожидаемого события.

Лидеры

Штат тренинга состоял из одного "тренера", который был оплачиваемым членом штата Lifespring, и восьми помощников-добровольцев(капитанов), которые уже закончили тренинговый ряд Lifespring. Тренер был традиционно привлекательным мужчиной, лет приблизительно тридцати. Он был высок, темен, показушно-придирчиво одет в модный спортивный пиджак и галстук. Его физическое появление проецировало изображение Мадисонское пути успеха.

Капитаны-помощники отвечали за различные фоновые аспекты тренинга, типа руководством дискуссий в маленьких группах и контролем различных эмпирических упражнений. Они также проводят большую часть последующего взаимодействия с участниками после тренинга. Большинство капитанов работали в торговле или менеджерами.

Уменьшение функций эго и регресс

Как и большинство психотерапевтических групп и тренингов развития чувствительности 1960-ых и 1970-ых, структура и содержание обучения Lifespring имели эффект растормаживания. Рассуждение и интеллектуальные процессы были минимизированы, в то время как эмоциональные состояния были усилены. Однако, Lifespring отличался от этих формирующих прототип групп степенью, до которой лидеры взяли под свой контроль функции эго участников. Окружение было продуманно-структурировано так, как очень навязчивый родитель делает для маленького ребенка. В течение первых тренинговых сессий, стулья были придирчиво выстроены в ряд перед подиумом по закрепленной линии из клейкой ленты. На подиуме стоял тренер с большими бумажными блокнотами с наставническими инструкциями. Если стул был сдвинут участником, то он был тут же проинструктирован капитаном вернуть стул к линии. Песня темой от Звездных войн игралась церемонно в начале каждой сессии, и участники должны были сесть на их стульях в соответствии с концом музыки. Безумное согласие на это правило было замечательно даже тем, что его цель и последствия несоблюдения были неясны.

Тренер начал сессию с дискуссии о целях Lifespring, написал "personal growth" ("личностный рост") и "personal awareness"("личностное осознание") жирными буквами на доске. Понимание было определено как "understanding things as they are"(' понимание вещей, как они есть'). Тренер подчеркнул, что ответы были уже в пределах нашего понимания - это было только делом их озвучивания. "Everything has always been available to you. It's a matter of noticing it, of awareness." ("Все всегда было доступно для Вас. Это - вопрос того, чтобы замечать это, и осознавать"). Этот nativistic(рабский?) подход к знанию был драматизирован плакатом поперек зала, который "рос" в размере каждый день. Загадочная фраза, которая охватила двадцать футов к пятому дню, была, "What am I pretending not to know?"('Что я притворяюсь не знать?')

После введения тренера, группа обсуждала различные причины для того, чтобы пройти Lifespring и как достигнуть "full value" ("полной ценности") от тренинга. Ключевые фразы, которые описали транспаранты по личностному росту, были "submission"('подчинение'), "100 percent commitment" ("100-процентное обязательство") и "spontaneity"("спонтанность").

Эти акценты на полное подчинение и тотальную вовлечённость оставляли мало возможностей к сопротивлениям - сомнениям и резервирование, которые неизбежно испытают участники. Тренер продолжал обсуждения. В теме "как мы избегаем" показывал аудитории такие примеры моделей поведения, как забывчивость, болезни и мечтания. К концу первого вечера был поставлен вопрос, "What stands in the way of creating maximum value for yourself?" (" Что непосредственно стоит на пути вашей максимальной ценности?"). На что тренер решительно объяснил что главным обстоятельством чтобы достигнуть ожидаемого преобразования должно быть полное подчинение опыту Lifespring. Все вопросы сопротивляющихся участников интерпретировались как "ways of avoiding," ("способы избегания"), сомнения и беспокойства были отмечены как препятствия личностному росту.

Множество правил "playing the Lifespring game" ("проигрывания в игру Lifespring") было рассмотрено, и участников просили дать согласие на них. В то время как все группы руководствовались скрытыми или явным правилами, правила Lifespring были акцентированы на повиновение к инструкциям тренера и характеризовались произвольностью или нехваткой очевидного объяснения. Эффектом от длительного обсуждения правил, в котором были включены некоторые стимулированные вопросы участников, стало укрепление позиции тренера как узаконенный авторитет, который бы контролировал сам и уменьшать контроль участников.

Ответы аудитории по пути корректировались, уменьшая способность участников думать критически и одновременно раздувая их чувство собственного достоинства. Чтобы сказать, участники должны были встать, признать себя лидером и говорить в микрофон. После того, как человек закончил говорить, аудитория должна была приветствовать, по-видимому указывая поддержку в "risk of sharing"("разделения риска"). Опыт необходимости разговора перед большой группой, слушание усиленного голоса и вознаграждение аплодисментами были несомненно полезны для тех, кто боялся общественного разговора. Однако, так как аплодисменты были принудительны, это не был признак качества или последовательности комментариев участников. Тренер признавал действительными только те ответы аудитории, которые подтверждали или иллюстрировали текущую точку зрения. За эти пять дней, ответы все более и более отражали идиому тренера, и аплодисменты стали все более и более восторженными. Это по существу исказило и увеличило импорт того, что было - быть сказанным, подрывая испытания действительностью. Например, посередине тренинга, один участник встал и объявил ликуя, "I've got it!"("я имею это!") Значительные аплодисменты следовали даже при том, что не было никакого объяснения о том, что он получил.

То, что вознаграждалось тренером, было согласием или псевдосогласием. Участников, которые предлагали критические комментарии или тех кто предлагал другой способ осмысления проблемы, отклоняли, их утверждения были подвергнуты осмеянию или были перепутаны с парадоксальной логикой. "Инакомыслящий" вообще переводился в некоторую форму согласия перед тем как получить разрешение сесть и получить аплодисменты.

Пример такого взаимодействия произошел первым вечером после упражнения "Доверие". Инструкции для этого упражнения были следующие: Участники должны были смешаться, и когда контакт глаза в глаза был установлен с другими участниками, позволялся один из четырех комментариев: "я доверяю Вам", "я не доверяю Вам," "я не знаю, доверяю ли я Вам," или"я не хочу говорить, доверяю ли я Вам". Участники должны были тогда идти дальше к следующему человеку без дальнейших комментариев. Во время перегруппировки после упражнения, один участник бросил вызов неявному рассуждению прошедшего упражнения. Диалог ниже показывает, его реакция была отклонена, не узаконивая рациональность вопроса, который он поднял.

ДЖЕЙМС: я не уверен, что это имеет отношение к реальному доверию. Я подразумеваю, что нельзя всё свести к "я доверяю Вам" или "я не доверяю Вам". Я доверю кому-то свой автомобиль раньше, чем я доверю ему своего ребенка, зависит от того, насколько я хорошо знаю этого человека.

ТРЕНЕР: Вы хотите рассмотреть возможность того, что Вы не знаете, что действительно означает доверие?

ДЖЕЙМС: (Со смущением и колебанием) Да.

ТРЕНЕР: Спасибо. Вы можете сесть. (Аплодисменты аудитории)

Тренер использует различные техники, чтобы нейтрализовать комментарии, которые бросают вызов сделанной им точку зрения и поддерживает достаточный контроль над ответами аудитории, чтобы критические размышления не были публично вознаграждены. Использование запутывающего "двойного разговора" было особенно эффективно в разоружении тех, кто угрожал ухудшению позиции тренера. Утверждения, типа, What you think isn't is, and what you think is isn't" или "Well, what is the answer?"("Хорошо, что является ответом?") озадачивали достаточно, чтобы заставить участника стать более неуверенным. Намёки на то, что участник был возбуждён, смущён, "avoiding"("уклонялся"), или "game-playing"("заигрался") были другой тактикой, используемой, чтобы дискредитировать возражающих участников.

Поскольку тренинг прогрессировал, участники ставали все более и более доверчивы тренеру, чтобы интерпретировать действительность. Защиты и способность критическому рассуждению подрывались и структурой тренинга и ответами тренера. Как правило, наставнические сессии следовали за каждым основанным на опыте упражнением, обеспечивая интерпретирующую структуру для вызванных у себя ощущений. Тренер обеспечивал приписывание усиления возбуждения, которое было произведено упражнением.

Форма упражнения, которая неоднократно используется в течение тренинга сильно высоко структурированные взаимодействия в парах. Каждый член пары садился перед другим в открытой позиции (распрямляемые ноги, руки положены на каждую ногу), Контакт глаз должен был быть поддержан в течении всего упражнения. Если участники отклонялись от этой позиции - например, нарушая контакт глазами или пересекая ноги - то помощники требовали их вернуться в открытую позицию. Мы обнаружили, что контролировать себя в течение этих пяти дней (ранее предполагали быть непосредственными) было практически невозможно, настолько вызывались чувства беспомощности и зависимости. Длительный контакт глазами, требуемый во всех упражнениях в парах имел определенный гипнотический эффект, в котором становилось все более и более трудно уйти из под влияния упражнения.

Множество диадических упражнений, которые воспроизводили родительско-детские отношения, были включены в тренинг как средство решения конфликтов через грубые, интенсивные столкновения с родительскими замещениями. Эти упражнения также внесли свой вклад в регрессивное напряжение ранней фазы тренинга. Первый принимал положение партнера в позиции родителя, в то время как другой пристально вглядывался в его/ее глаза из перспективы детских воспоминаний. Как чувствовалось, вызывалась инфантильная беспомощность относительно сильного родителя, участники показывали искреннее поведение, типа хихикания и нетерпеливого согласия тренеру. Другое упражнение требовало, чтобы один партнер попытался удовлетворить все фантазии детства другого - фантазии того, что обеспечил бы прекрасный родитель.

Idealational themes and regression (Тематики идеализации и регресс)

На втором вечере в течение дидактической сессии, неразумность содержания упражнения Lifespring рассматривалось скрупулезно с использованием диаграмм. Тренер начал с дискуссии "how we respond to events" ("как мы реагируем на события"). Он утверждал, что, "resisting events" ("сопротивляясь событиям") или "attempting to change them" ("пытаясь изменять их") люди просто полагаются на предшествующие системы веры или "automatic"("автоматические") способы интерпретировать мир. Этот способ отвечать - реактивный, который связывает людей с опытом прошлого и к нереалистичным ожиданиям будущего. Тренер подчеркнул, что "coming from a position of change never works". С другой стороны, "submission"("подчиняясь") событиям и принятию вещей какие они есть - приводит к "creative choice" ("созидательному выбору"), "awareness" ("пониманию") "joy" ("радости") и "growth."("росту"). Парадокс этого безоговорочно консервативного упражнения состоял в том, что личный контроль был реализован через подчинение или согласии на существующую реальность тренера.

Следующий диалог имел место, когда один из исследователей попытался бросить вызов логике представления, используя язык и категории, обеспеченные тренером.

ДЖЕНИС: Часть моих переживаний вы сохраняете, часть нет. Я наблюдаю, что в некоторых ситуациях конфликт усугубляется, если реагировать только на основе твердых, нереалистичных предположений. Ещё, в других ситуациях - например женское движение или другие социальные движения - те, кто сопротивляются, - те, тоже создают изменения. А те, кто подчиняется и отступает от конфликта, не имеют никаких изменений. Кроме того, убеждения могут ограничить нас, но могут и также спасать нас время от времени. Вера в правосудие или равенство, например, может обеспечить надежду на другой способ сотрудничества в мире. Должны быть некоторые различия между рациональными и иррациональными или инфантильными убеждениями.

ТРЕНЕР: Ваша проблема состоит в том, что Вы застреваете на уровне анализа и убеждений. Вы одержимы необходимостью проанализировать все.

ДЖЕНИС: я думал, что этим и занимаемся во время дидактического обсуждения. Разве это не то, что Вы делаете на доске? Разве я не прав? (Некоторый смех аудитории)

После смеха аудитории тренер убрал свою диаграмму, показывая немного раздражения, и начал повесил новую диаграмму, под названием "Levels of Awareness"("Уровни Понимания"). Он начал с "belief"("убеждений") заявляя, что это низкий уровень человеческого понимания. Затем он обсудил "analyzing" ("анализ") и "experimenting" ("экспериментирование"). Он отличал эти три низких уровня понимания, которые по-видимому поддерживают "illusion of certainty"("иллюзию уверенности") в отличие от "experiencing and observing" ("преодоления и наблюдения"), которые освобождены от убеждений и приводят "natural knowing"("к естественному знанию"). Подчеркивая, что "all beliefs are arbitrary"("все убеждения являются случальными" тренер осуществил радикальную девальвацию внешнего мира. Это представление solipsistic мира, которое предполагает несоциальную самость(не социальную личность?), внесло свой вклад в общую тенденцию Lifespring создавать регрессивные способы рассуждения.

Хотя часто был элемент правды в аргументах тренера, обширное использование бескомпромиссных категорий, абсолютистской логики и волшебного размышления исказило то, что изначально было разумными доводами. Идеи не были представлены как проблематичные, которые открыты для исследования, но превосходящей правдой принято - "natural knowing" ("естественное знание"). Критический взгляд участника остроумно выворачивался содержанием тренинга к себе, как источнику всего знания.

Инфантильное всемогущество и идентификация с лидером

После участия в разнообразных регрессивных упражнениях, участники все более и более идентифицировались с тренером и разделяли его мощь в течение третьих и четвертых дней тренинга. Смещаясь от акцентированного подчинения до доверия, тренер заявил, что мы были полностью ответственны за все события, в наших жизнях - "100 percent accountable" ("100 процентов, ответственных") - включая выбор наших родителей. Выполнили упражнение в парах, которое должно было проиллюстрировать тему "taking full responsibility" ("взятия полной ответственности"). Партнеры должны были рассказать друг другу о случае, когда каждый преследовался. Несколько человек рассказали истории о том, как были избитыми родителями в детстве. Мы были тогда проинструктированы пересказать историю с позиции 100-процентной ответственности - другими словами, как мы "set things up to be that way".

Это упражнение создавало инфантильную беспомощность, которую участники испытали ранее в инфантильном всемогуществе. Много участников сообщили о чувствах восторга и несдержанности после этого упражнения. Уровень проницательности был родственным рассуждению маленького ребенка, который познавательно еще не преодолел эгоцентрическое представление мира - убеждения, в котором что все события творит сам. Субъективный опыт освобождения, которое сопровождало это упражнение, казалось, происходил от чувства всемогущества, произведенного среди участников. Группа была особенно уязвима для этого типа примитивного рассуждения из-за эффектов более раннего обучения. Снижение сдержанности, всестороннее структурирование окружения и разрыв критической мысли, объединены, чтобы выявить архаичную обороноспособность, типа всемогущества.

Идентификация с мощной позицией тренера, как защита против инфантильной беспомощности и зависимости, была очевидна увеличивающейся уверенностью использование своеобразного языка за пять дней тренинга. Язык человеческого потенциального развития, который обеспечило "официальной" лексикой Lifespring, казалось, использовал и охватывал весь человеческий опыт, например, "getting off automatic", "going for it", "taking risks", "taking responsibility" и "creating your own reality". Эти фразы взяли почти магическую власть общения в пределах группы.

Поскольку тренинг прогрессировал, и слова тренера повторялись членами группы, тренер стал более мягким в своём стиле и более доступен для группы. Он иногда сходил с подиума и смешивался с группой, что придавало большее чувство психологического слияния группы с ним. Наше коллективное соблазнение было драматично установлено в четвертый день, когда участники занимали позицию лидера на подиуме и "разделяли" рост, которого они достигли к настоящему времени. Лаура, привлекательная женщина приблизительно тридцати лет, которая была первым участником, которая возражала против правил первым вечером, приблизилась к микрофону. С дрожью в голосе, она начала рассказывать как была социально изолирована. Она говорила о барьерах, которые она установила, чтобы держать людей на расстоянии. Тренер тогда спросил, не желает ли она пройти упражнение "trust" ("доверие"). Огни были затуманены, женщина стояла на стуле и была готова упасть назад в руки шести мужчин, отобранных из аудитории. Чувственная музыка играла, тренер стоял близко к ней, бормоча близкими тонами. Наконец она позволила себе упасть, и мужчины начали качать ее в такт с музыкой. Тренер стоял близко к женщине, которая теперь рыдала, и массажировал ей живот, мягко говоря с нею. Упражнение было весьма трогательным, обращало многих участников в слезы. Хотя на проверку упражнение не имело ничего общего с доверием, это было неотразимо в их либидных и религиозных оттенках. Было характерным несколько фактов, типа "крещения" у прежде упорного участника. Она полностью погрузила себя в опыт и наконец уступила тренеру.

Желание слияния, которое напоминает о безопасности и полной зависимости раннего детства, замечалось в различных психологических феноменах, например, в влюблённости, религиозное переживание, и состояние опьянения. Однако, то, что мы нашли особенно неприятным в различных доверительных упражнениях представленный в Lifespring, было отсутствие различий в природе доверия. Желание близости удовлетворялось мгновенно. Казалось, имело мало значения, действительно ли объект желания заслуживал доверия. Акцент был на отказ от недифференцированности, неизвестный другой существует как продолжение твоих собственных потребностей.

По существу solipsistic представление мира поддерживается эмпирическим и идеаторным содержанием тренинга в течение этих пяти дней. В то время как реакции других всегда сдерживаются проективными тематиками, в Lifespring граница между внутренней и внешней реальностью, между собой и другим постоянно стирается структурой тренинга. Это вносит свой вклад в чувство несдержанности и безграничной мощи, которую испытывают участниками. Идея "mirroring" ("отражения") используется в нескольких упражнениях как метафора для проектирования действительности. "What you see in others"("Что Вы видите в других") говорили нам, "is a mirror of yourself"("является непосредственно зеркалом вас").

Упражнения, которые мобилизуют нарцистические защиты, то есть, чувства надутого благосостояния и преувеличения личной мощи, чередовались с атакующими упражнениями, что было narcissistically вредными. Посже вызывались чувства позора и бесполезности, что делало группу уязвимой для суждений лидера. Например, игра под названием "Красное и Черное", которая требовала, чтобы группа разделилась на две команды и разработала стратегии, основанные на ряде правил, чтобы заработать максимума очков. Никакая команда не была в состоянии признать, что главное непредвиденное обстоятельство для того, чтобы заработать максимум очков было то, что обе команды должны преуспет. По существу, если одна команда проигрывала, то вторая тоже. И обе команды действительно проигрывали. Это упражнение, возможно, было случаем чтобы обсудить культурный контекст конкуренции и аспектов нашего общества, которые мешают идентифицировать совместные непредвиденные обстоятельства. Вместо этого тренер наказал участников, наконец заявляя с отвращением "You all make me sick." "Вы меня удручаете". Так как это упражнение было в завершении вечера, мы должны были пойти домой и размышлять над тем, что мы узнали. Большинство участников были молчаливы и заплаканы, когда мы закрыли вечернюю сессию

Принимая положение грубого и отталкивающего родителя, тренер был в состоянии мобилизовать инфантильные чувства вредности. Этот опыт делал вероятно то, что участники будут пытаться защищаться от тех чувств, что были плохими и бессильными детьми в последующих упражнениях, солидаризируясь более настоятельно с лидером. Тенденция совпадать с ним, чтобы разделять его власть была особенно очевидна на следующее утро после упражнения 'Красное-черное', поскольку 8 или 10 участников выстраивались в линию с энтузиазмом на сцене, чтобы дать свидетельства. Это было первый раз в тренинге, когда участники были приглашены присоединиться к лидеру в его приподнятой позиции на сцене.

В течение заключительных двух дней тренинга, было большое объятий и других признаков привязанности среди участников. Однако, эти выражения "любви к каждому", были скорее нарцистической мотивацией. Они были продлением экспансивного настроения и чувств мощи, испытанной многими из участников, а не выражения взаимности или верности. Другое упражнение группы, основанное на сборной модели линии человеческих отношений, иллюстрирует неразборчивый характер присущий при завязывании знакомств. Участники собрались в двух концентрических кругах, лицом друг к другу. Каждая получившаяся пара должна была одновременно указать один из четырех возможных жестов близости: 'не желаю никакого контакта'; 'рукопожатие'; 'удерживание рук'; или 'объятие'. После завершения этого короткого, немногословного взаимодействия, линии перемещались, и новые пары формировались, повторяя процедуру. В этом упражнении было охвачено большинство пар, тесный контакт был выбран большинством участников.

В то время как это упражнение, возможно, было полезно для тех, кто боится физического контакта, обеспечивая форму десенсибилизации, это было лишено всякого относительного контекста, который мог дать им значение. Вместо этого, это было довольно навязчивым, противоположно фобии притягивающим, которое обеспечивало минимумом информации относительно проблем близости. Эти мимолетные физические контакты были испытаны, как будто они имели глубокие человеческие значения.

Псевдо самоанализ и испытание действительности

События пятого заключительного дня тренинга обеспечили возможностью участников пронаблюдать реакции на непредвиденный кризис. После утреннего перерыва, один из более активно вовлеченных участников, Патрик, подскочил и занял позицию тренера на подиуме. Первоначально казалось, что Патрик разыгрывал тренера, дразня его и игнорируя правила. Однако, скоро стало очевидно, что у него расстроилась психика - его речь была несвязной, он был вне реальности, и он, казалось, испытывал галлюцинации. Тренер приблизился к нему и сказал ему прекратить "game playing" "заигрывание". Его "other choice" ("другой выбор") должен быть "go to a place where they allow people to play crazy games" ("пойти на место, где они позволяют людям играть в сумасшедшие игры"). Патрик только рассеянно глядел на тренера и продолжал бормотать фразы Lifespring. Некоторые участники, которые отвечают, поощряя Патрика "go for it" и "let it all out"." Они не понимали, что он уже "let too much out" "освободил слишком много". Его очевидно белезненные защиты неоднократно обвинялись тренером, который скрылся, часто обвиняя его в "bullshitting"("том, что он говорил ерунду").

Когда стало ясно, что Патрик был неспособен прийти в себя, других участников попросили оставить помещение. Мы собрались снаружи, первоначально ошеломленный тем, что выяснилось. Тогда группа соединилась в "circle of love"("круг любви") инициированный несколькими членами, из желания "send Patrick our energy"("послать Патрику нашу энергию"). Группа ясно пыталась обеспечить комфорт его членам в расстраивающей ситуации. Что примечательно, уровень опровержения и неверного истолкования того, что произошло. Группа трансформировала психотический эпизод Патрика в положительный опыт используя категории рассуждения предоставленного тренингом. Проталкивая инфантильное всемогущество, поощренное более ранними сессиями, некоторые из участников объявляли, что "we are going to heal Patrick-he'll feel our energy"("мы собираемся излечивать Патрика - он будет чувствовать нашу энергию"). Другие бодро прокомментировали, что "he is getting in touch with his feelings"("он входит в контакт с его чувствами") и "whatever he chooses is right for him, it's the very best for him"("независимо от того, что он выбирает, правильно для него, это очень лучшее для него"). После того, как Патрик был энергично удален, группа возобновила работу, чтобы продолжить тренинг. То что, возможно, это было случаем для того, чтобы обсудить что случилось, включая воздействие тренинга на Патрика, вместо этого стимулировалось излияние рекомендаций.

Не смотря на то, что групповую идеализацию с тренером потенциально подрывал этот инцидент, решающими были защитные действия, которые предотвращали извержение враждебности в группе. Группа чувствовала себя готовой вновь подтвердить совершенство Lifespring и воплощать и переадресовывать вызываемые плохие ощущения на себя, хотя потенциально были направлены к тренеру. Враждебность была отведена от тренера, который получил незагрязненную привязанность группы, на одного из участников, который остался вне "круга любви". Этот участник, один из исследователей, был символом сопротивления в течение обучения, задавая вопросы и время от времени не соглашаясь с тренером. В течение одного упражнения группы, он был отобран половиной участников как "least attractive"("наименее привлекательный") человек в группе. Он был оскорбительным многим участникам, потому что был "too analytical," "rigid," and "not feeling enough" ("слишком аналитическим," "твердый," и "не чувствующий достаточно").

Вслед за событиями утра, усилились эмоциональные состояния, и настроение истерии стало ощутимо. Все чувства были направлены к Lifespring, враждебный компонент которой был теперь направлен более интенсивно к участнику - исследователю. Один участник встал и заявил "I've got something to say to Dick. You know, I really hate Dick!" ("я имею кое-что, чтобы сказать Дику. Вы знаете, я действительно ненавижу Дика!". Другой участник добавил "You don't give your love, Dick. All I want, Dick, is for you to love. And you hold back your love!"( "Вы не даете вашу любовь, Дик. Все, что я хочу, Дик, для тебя любви. И Вы сдерживаете вашу любовь!". Тогда Дик объяснил его реакции на события утра, другие участники кричали сердито "You're coming from your head, stop analyzing, come from your heart" ("Вам всё идёт от вашей головы, прекращаете анализировать, и всё придет от вашего сердца."

В пределах самовлюбленной структуры, построенной тренингом, использование инфантильного раскола относительно мира на "all good" и "all bad" ("хорошие" и "плохие") объекты проявляются как доминирующая защита против беспокойства в группе. В отношении приобретённого опыта Lifespring, это должно было быть идеализировано как all-good(хороший) объект. Тренера нельзя расспрашивать, при изменении контекста тренинга. Участники, мнения которых не совпадали с тренерским, рассматривались как угроза чувствам восторга и благосостояния, которым обладают участники. Такие угрозы должны были быть активно убраны, чтобы сохранить фантазию всемогущества, выращенного в пределах тренинга.

Заключение

Мы утверждали, что, в то время как много участников испытали ощущение расширенного благосостояния как следствие тренинга, эти события были чрезвычайно патологическими. Во первых, функции эго систематически подрывались и возвращались на более ранние стадии развития: инфальтивизации участников и повторного усиления подчинения и уступок. Во вторых, идеаторная или интерпретирующая структура снабжала тренинг регрессивными способами рассуждения - использование бескомпромиссных категорий, абсолютистской логики и магическим размышлением, все они схожи с эгоцентрическими размышлениями маленьких детей. В-третьих, содержание тренинга стимулировало ранние нарцистические конфликты и защиты, которые объясняют восторг и чувство усиленного благосостояния, достигнутого многими участниками. Девальвация объективных границ в поступках человека развила грандиозные фантазии о неограниченной власти(мощи). В следствии этого девальвация внешнего мирового опыта, что при взаимодействии с другими испытывался недостаток в содержании. Люди казались равноценно эфемерными, чтобы беспорядочные эмоциональные контакты были испытаны как глубокие и значащие. Идентификация с Lifespring требовала значительной идеализации, чтобы любая угроза этому опыту была настойчиво защищена.

Наши методы имели эффект на наш опыт тренинга и на наших заключениях. Базовый курс Lifespring, который требует полного участия и не оставляет возможности для наблюдения, выставляет специфическую претензию методу включённого наблюдения. В обстановке Lifespring любое очевидное наблюдение становиться свидетельством для потребности в дальнейшем "росте", в том, чтобы уйти от анализа или "intellectual trips" ("интеллектуального путешествия"). Не полная эмоциональная причастность к тренингу нас, как группу авторов, вынудило испытывать тренинг по-другому, чем остальная часть участников. В результате чего мы не квалифицировали себя, как можно сказать с точки зрения "среднего участника". Мы не сделали того, что используя слова Lifespring можно сказать "got the training".

Однако, как включённые наблюдатели, мы действительно разделяли некоторые из субъективных событий группы, особенно экстраординарное давление, чтобы соответствовать обстановке. В этом случае, контекст включенного наблюдения, которое, как говорит Rabinow (1977), диктуют "observation and externality" ("наблюдение и внешность") предоставили нас возможность отметить те размеры, которые тренер желал достигнуть необходимого подчинения и обязательств, которое мы описали в этой статье. Таким образом включённое наблюдение, хотя отсутствовала стратегия исследования, полностью подходила для объединенного исследования в Базовом курсе Lifespring, что действительно оказалось неоценимым для того, чтобы понять процессы этого тренинга.

Мы не обращались к нормативным оценкам тренинга, не выясняли размеров в каких оказывали непосредственное влияние участники Lifespring на нашу культуру. Адиактивный контекст тренинга был бы менее убедителен, возможно, если бы убеждения относительно автономии и силы человека не были так сильно вложены в преобладающую идеологию американского общества. Организации личностного роста, кажется, капитализируют эрозию традиционных методов в поддержку этих убеждений и останавливают индивидуальную идентичность. Более глубокое понимание этого явления требовало бы анализа социо-исторического контекста, из которого это появилось и из которого это получило закономерность.

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Дмитрий:

Я общался с посещавшими тренинги Lifespring. У этих людей одна общая черта - фанатизм. По их понятиям, все человечество делится на счастливых, прошедших Lifespring, и несчастных, которых необходимо через эти тренинги пропустить. Любые сомнения в подобном подходе воспринимаются "в штыки" и сопровождаются настойчивыми призывами "приобщиться", чтобы можно было разговаривать на одном языке. Что-то напоминает, правда? Эдакая смесь "Гербалайфа" и "Аум Сенрике"... При этом все "простроено" довольно грамотно - тренинг имеет несколько ступеней, каждая из которых стоит значительно дороже. И самое интересное - прошедшие через него люди через некоторое время ощущают потребность пройти еще раз!

Елена:

Я хочу поделиться своим впечатлением:

Эта компания внешне обычная, как большинство тренинговых компаний. Все сотрудники обязательно прошедшие тренинги личностного роста являются фанатами ЛП и могут говорить об этом долго и упорно.

Я прошла две ступени и могу сказать, что я участвовала на все 100%. И я очень хорошо помню те состояния радости, отчаяния, переживания, страхи и счастья, которые испытывала я и большинство участников. Да, говорятся там правильные вещи и призывают они только к хорошему, но... Помня, какими это делается методами, и какие используются для этого техники становится мерзко. Не зря берётся подписка о неразглашении.

А больше всего мне теперь противно от того, как они рекламируют свои тренинги, как зазывают, как в группе есть участники, которые готовы и деньги занять и тебя поддержать_ну все, для того чтобы ты прошёл все три ступени (ощущение подсадных уток). А искусственно созданная атмосфера любви, все тебя любят_, все понимают. Пары создаются уже на первой ступени и это негласно, но приветствуется. Это касается и семейных участников_ А гостевые вечера вообще проходят по принципу сетевого маркетинга (МЛМ). Спору нет: мировоззрение меняют почти полностью, отношение к жизни, к людям, подходы, всё это замечательно. Но не будем забывать, что не у всех участников эти изменения к лучшему и 1000$ всё таки это не стоит.

Меня этот тренинг изменил, что-то в лучшую сторону, что-то нет и теперь я могу говорить точно, что этот тренинг для проблемных людей. Нормальному человеку с правильными жизненными позициями и уверенным в себе там делать нечего. У меня сложилось впечатление, что все те участники, с которыми я проходила, эти тренинги были "душевными калеками" и я, считавшая себя вполне счастливой и уверенной в себе дамой стала относиться к жизни работает-неработает, цель-действие-сроки-результат_как зомби и говорим мы все потом на одном языке_И вот от этого то мне и противно, хотя благодаря этому многое смогла добиться о чём раньше только мечтала, а удовлетворения от этого нет_ Написала я сумбурно, но думаю меня вы поймёте_

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Вы ребята углубились в философию. Если бы у человека из всех органов чувств было бы только одно ухо, то какую бы удивительную научную теорию мира бы породил человеческий разум. Своеобразный одномерный мир с жуткими искривлениями. Картина даже релятивистского современного мира порождается органами наших чувств. Трехмерное пространство и время это продукт нашей психики. Потеря чувства времени один из диагнозов психического расстройства. Психология зачастую показывает ненаучность науки, а та в свою очередь ненаучность психологии. Самое смешное, сама борьба эта носит психологический характер. Вот пример этих парадоксальных заблуждений :lol2: http://evolkov.iatp.ru/nonscipsych/psychoa...psychoanal.html . Психология это естественная наука и не имеет ничего общего с точными науками. Все они крутятся вокруг своих аксиом и <_< ненаучны между собой.

Психоанализ – это наука анализа психики человека на соответствие психологическому пространству (тут нет ничего общего с физическим пространством) всего человечества, которое, в свою очередь, непрерывно тестируется на соответствие действительности. Если этой наукой доказывается что психологическое пространство Лайфа самозамкнуто на себя и не имеет ничего общего с действительностью, то однозначно его однозначно можно признать деструктивным и запретить, чтобы не наносить вред людям. Задача Лайфа же доказать, что они соответствуют действительности, но они, как подобает деструктивному культу, запрещают это делать.

Школы психоанализа, по моему мнению, это как раз методы изучения и анализа психологического пространства человеческого общества.

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Это верно группа нужно чтобы от нее человек зависел, перед ней нес ответсвенность и радовался групповой поддержке. А в жизни тем более у нас у всех почти эмоциональный голод на позитив, так что дружеская поддержка малознакомых людей - это прямо как бальзам, и никакие "теоретические модели" ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА НЕ АРГУМЕНТ.

Ко мне вот сегодня опять пришли... муж и жена. В самаре прошли... (Муж в инете наши опусы прочитал и решил со мной поговорить) Радостные такие... после первой ступени... И все опять по новой... :unsure:

Заметим, что не только ЛС использует техники группового влияния, к этому прибегают все деструктивные культы. Групповой конформизм - "вещь" универсальная. Кроме того, ЛС и остальные культы - это, прежде всего, социальные группы. в них действую все процессы в том числе и динамические (например, феномен группового давления). ЛС - в данном случае неспецифично...желание получить 2дружескую поддержку" и т.д. - это законы существования человека в группе.
0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Спасибо CSN за перевод

Но все-таки машина часто чудные фразы выдает.

Предлагаю отредактированный вариант перевода, стопроцентной точности не бывает, но основные некорректности поправила.

Патология как «Личностный рост»:

Исследование тренинга Lifespring методом включенного наблюдения

Психиатрия, Vol 46, август 1983

Дженис Хаакен, доктор философии, доцент психологии, Portland State University, Portland OR;

Ричард Адамс, доктор философии, Associate Professor of Sociology Lewis and Clark College, Portland.

Эта статья представляет собой краткий обзор базового курса Lifespring с психоаналитической точки зрения. Наши заключения базируются на исследовании, сделанном методом включенного наблюдения. Мы утверждаем, что воздействие тренинга было чрезвычайно патологическим. Во-первых, - в начале тренинга шёл систематический подрыв и регресс функции эго. Во-вторых, понятийная или интерпретирующая структура тренинга была основана на регрессивных способах рассуждения. В-третьих, структура и содержание тренинга вели к стимулированию ранних нарцистических конфликтов и защиты, что объясняет восторг и субъективное чувство усиленного (психологического) здоровья, достигнутого многими участниками.

Главной современной силой в развитии популярных концепций self (самости) были Движения развития человеческого потенциала, основанные на умозаключениях и практике "Third Force"('Третьей силы') психологии - гуманистической психологии - которая появилась в 1950-ых и нашла все более и более широко распространение в последующие два десятилетия. Рост движений развития человеческого потенциала был экспоненциальным и хаотичным. В царстве тренингов и терапий это способствовало появлению бесчисленного количества разнообразных гуру и школ и привело к созданию множества техник и методик для развития личностного роста. В 1970-ых годах несколькими людьми и группами было предприняты усилия, чтобы объединить различные практики в связанные пакеты тренинговых программ. Эти успешные коммерческие программы, разработанные и организованные для того, чтобы вызвать существенные и положительные изменения в жизни участников, были сначала успешно введены Вернером Эрхардом его тренингом ЭСТ и теперь доминируют в виде ЭСТа и Lifespring. Исследование, представленное здесь, сфокусировано на структуре и процессах программы тренинга Lifespring.

Доступная литература по поводу компаний "личностного роста", ограничена, главным образом, клиническими впечатлениями и журналистскими сообщениями о ЭСТ. Клиницисты концентрируются на психиатрических рисках для ряда людей, которые ассоциируются с тренингом. (Kirsch and Glass 1977). Другие подчеркивают его эффективность как дополнение к психотерапии (Paul and Paul 1978). Анекдотичные высказывания выпускников Lifespring часто делаются с энтузиазмом и оказывают поддержку целям организации для эффективности тренинговых программ. Комментарии выпускников располагаются от "Это изменило мою жизнь" до "Это было чрезвычайно ценно». Однако, такие глобальные высказывания часто бессодержательны.

До настоящего времени нет никакого опубликованного материала по Lifespring кроме тех материалов, которые распространяются самой организацией. Сопутствующие исследования, начатые исследовательской ассоциацией фонда Lifespring, утверждают, что тренинг увеличивает "self - актуализацию", что измерено опросником личностной ориентации (Shostrom 1978). Однако, хотя опросник и обеспечивает объективное измерение эффектов тренинга, он страдает типичными проблемами шкалы оценки. Выводы базируются на результатах, полученных с помощью специально отобранного списка вопросов, что ограничивает диапазон и содержание ответов. Кроме того, систематические погрешности ответов могут быть встроены в шкалу (это в большой степени связано с языком и ценностями движений развития человеческого потенциала) и могут просто измерять искусственное сходство с идеями тренинга. Как указал Rosenthal (1978) в своем обзоре данных, полученных в групповых психотерапевтических группах, участники имеют тенденцию преувеличивать, часто в глобальных размерах, степень достигнутого "личностного роста". (p. 74)

Исследование, на котором базируется эта статья, появилось из потребности в более ясной и более детальной прорисовке явления Lifespring. Целями статьи является и описание и аналитика. Первое, мы описываем тренинг Lifespring: участников и лидеров, структуру тренинговых техник и используемых методов. Второе, мы объясняем эффекты, проявляющиеся во время тренинга Lifespring, с точки зрения психоаналитической перспективы. Мы утверждаем, что, хотя следствием тренинга является то, что участники часто переживают усиленное чувство психологического благополучия, это явление является чрезвычайно патологическим. Патологическим означает то, что в процессе тренинга систематически подрывается функционирование эго и регресс продвигается до той степени, при которой ощущение реальности сильно ослаблено. Это не означает, что из-за тренинга участники страдают от длительных форм психопатологии. Изучение долгосрочных эффектов тренинга и его полезности для участников при столкновениях с жизненными проблемами находятся за рамками этой фазы исследования.

Интерпретирующая структура, принятая здесь, основана на нескольких психоаналитических суждениях относительно группового поведения. При обсуждении отношений между функциями эго и групповым поведением, Freud отметил, что "усиление эффектов и торможение интеллекта" характеризует "примитивную группу" (1959 p 20). Примитивные группы усиливают размывание границ эго и психологическое слияние с лидером группы, который служит идеалом эго для членов группы. Проецируя функции эго и суперэго на лидера, например регулирование и контроль влечений, члены могут выразить инфантильную агрессию и либидный сдвиг, которые обычно сдерживаются. (Kernberg 1980 p212). Это психологическое состояние может быть описано как регрессивное так как напоминает об опыте раннего детства - огромном опыте исключительности и всемогущества, который защищается родителем, посредником между неотложными потребностями ребенка и внешним миром.

Регресс, однако, не подразумевает неизбежную патологию. С точки зрения психоаналитической перспективы, многие здоровые и адаптивные формы человеческой деятельности, такие как влюблённость (Grunberger 1979 стр 5-6) и артистизм (Крис 1964 p 28), требуют способности к регрессу. Влюбляясь, личность должна быть способна испытывать временные состояния психологического слияния с другим человеком, так же и артистизм часто обращается к импульсам и иррациональности примитивных фантазий. Кроме того, способность работать в группах или участвовать в коллективных формах общественных действий требует способности слиться с идеалами и интересами группы. Критическое различение в определении патологии члена группы определяется степенью регресса - то есть, степенью господства примитивных фантазий или импульсов и уровня поддерживаемого контроля эго. Под контролем эго мы подразумеваем способность личности тестировать действительность, мобилизовать внутренние защиты, для того, чтобы различить внутренние и внешние события и для того, чтобы привести эмоциональные состояния под рациональный контроль.

Многие психотерапевтические группы движений развития человеческого потенциала были описаны как регрессивные из-за растормаживающих целей и их тенденции делать упор на сильных эмоциях при одновременном отказе от рассуждений и интеллекта (Back 1972, p 79; Schur 1976, pp48-53). Акцентирование на "контакт с вашими чувствами" и "выход из вашей головы" может иметь терапевтическую ценность в ободрении участников обратиться к ранее охраняемым импульсам. Этот процесс часто встречается в успешных формах психодинамической терапии. Однако без интерпретирующей структуры, которая соотнесет эмоциональные состояния с объективной действительностью и логическими мыслительными процессами, такой групповой катарсический опыт несет малые возможности для терапевтических изменений и может быть психологически вредным (Lieberman, Yalom, and Miles 1973 pp 167-209).

Исследование

Материал, представленный в этой статье, основан на исследовании методом включённого наблюдения, проведенным психологом и социологом во время сессии Базового Курса Lifespring, проходившем в Сиэтле, штат Вашингтон в 1981 году. Из-за единой формы тренинга Lifespring, эта сессия вероятнее всего, является типичной для других тренингов. Тренинг проходит более чем пять дней и длится в общей сложности 48 часов. Участники встречались приблизительно с 6 до 12 часов вечера три дня перед двумя рабочими сессиями длительностью целый день. Кроме того, 'выгодные' сессии были проведены спустя четыре дня после базового курса. В то время как участники и лидеры не знали про проводимую научно-исследовательскую работу, от корпорации Lifespring было получено соответствующее согласие для проекта, и ученые были освобождены от оплаты.

Наш подход был совместим с обычными методами включённого наблюдения. Мы ожидали, что эксперимент приведет к пробуждению воспоминаний, поэтому были приняты меры, чтобы убедиться в достаточном уровне включенности и в то же время достаточного аналитического расстояния. Наши реакции, как участников, расценивались как важный феноменологический аспект исследования, который будет тщательно фиксироваться. Мы решили позволить себе немного самораскрытия (чтобы обсудить "реальные" проблемы, когда это уместно), но избегать раскрытия в тех областях нашей личной жизни, которые несут слишком сильную эмоциональную нагрузку, чтобы создать достаточное эмоциональное расстояние, необходимое для исследования. Таким образом, мы стремились достигнуть подлинной, но ограниченной вовлечённости, чтобы избежать как полного погружения в процесс, так и наоборот, чрезмерной отрешенности. Мы признаем, что наши предварительные решения о том, как мы будем реагировать, делают наш опыт несколько отличным от опыта других участников.

Хотя конспектирование и запись на пленку не позволялись в течение сессий тренинга, мы делали обширные записи в течение перерывов и по завершении каждого дня занятий. Наши обсуждения после каждой сессии были записаны на пленку и впоследствии расшифрованы. Были предприняты усилия, чтобы обеспечить детальный отчет о том, что произошло и отметить любые несоответствия в наших реакциях или записях событий.

Заключения, представленные здесь - результат тематического анализа расшифрованных записей сессий. Несмотря на то, что при исследовании методом включенного наблюдения исследователи всегда привносят понятийную структуру в содержание и значение наблюдений, мы попытались временно исключить предшествующие предположения до той степени, до какой это вообще было возможно. Таким образом, наш подход к тренингу был прежде всего индуктивным в своей природе. В пояснительных целях мы включили в категорию описательных данных те данные, которые могли быть неоднозначными в нашем анализе тренинга.

Участники

Участники заплатили 350 $ за Базовый Курс, которая является первой из трех курсов в серии тренингов Lifespring. Группа состояла из 68 взрослых, в возрасте с 17 до 66 лет, средний возраст составлял приблизительно 35 – 40 лет. Женщины было немного больше, чем мужчин. Большинство участников было европейской расы; было только несколько представителей меньшинств - 1 афроамериканец и 3 выходца из Азии. В основном были представители среднего уровня дохода. Большинство представляло собой работников в сфере продаж, самозанятых или домохозяек. Были также некоторое количество учителей, инженеров, медиков и дантистов. Пояснения, которые давали участники по поводу участия в тренинге включали диапазон, который типичен для популярной психотерапии. Пары приехали, чтобы решить брачные конфликты. Более молодые участники, сообщали о чувстве одиночества, социальной изоляции или нехватки направленности в жизни. Другие говорили о том, что трудности с работой или личными отношениями привели их к тренингу.

Хотя Lifespring провёл предварительное анкетирование, чтобы исключить тех, кто находился на психиатрическом лечении и подчеркивал, что тренинг является образовательным, а не терапевтическим, обещание быстрого средства реализации различных желаний было безошибочным для привлечения участников. Таким образом, важным мотивационным основанием тренинга было ожидание того, что произойдут разительные изменения. Большинство участников узнало об Lifespring через усилия по вовлечению друзей и членов семьи, которые прошли Lifespring. Обещание "личностного роста" предлагаемое организациями и рьяными выпускниками тренинга было неспецифичным и неограниченным. Когда мы ждали начала сессии, высокий уровень упреждающего волнения был создан ожиданиями участников, тайной, окружавшей тренинг, и хвалебными комментариями друзей и членов семьи, которые также были в группе. Как только участников, наконец, провели в тренинговое помещение, сотрудники и сторонники Lifespring приветствовали их с энтузиазмом, указывая на важность ожидаемого события.

Лидеры

Штат тренинга состоял из одного "тренера", который был оплачиваемым членом штата Lifespring, и восьми помощников-добровольцев (капитанов), которые уже закончили тренинговый ряд Lifespring. Тренер был привлекательным, в общепринятом смысле, мужчиной, лет приблизительно тридцати. Он был высок, темен, показушно-придирчиво одет в модный спортивный пиджак и галстук. Его физическое проявление проецировало образ успеха с Madison Avenue.

Капитаны-помощники отвечали за различные фоновые аспекты тренинга, таких как ведение дискуссий в малых группах и контроль различных эмпирических упражнений. Они также проводят большую часть последующего взаимодействия с участниками после тренинга. Большинство капитанов работали в торговле или менеджерами.

Уменьшение функций эго и регресс

Как и большинство психотерапевтических групп и тренингов развития чувствительности 1960-ых и 1970-ых, структура и содержание обучения Lifespring имели эффект растормаживания. Рассуждение и интеллектуальные процессы были минимизированы, а эмоциональные состояния были усилены. Однако, Lifespring отличался от своих прототипов степенью, до которой лидеры взяли под свой контроль функции эго участников. Окружение было продуманно-структурировано так, как это сделал бы очень навязчивый родитель для маленького ребенка. В течение первых тренинговых сессий, стулья были придирчиво выстроены в ряд перед подиумом по закрепленной линии из клейкой ленты. На подиуме стоял тренер с большими бумажными блокнотами с наставническими инструкциями. Если стул был сдвинут участником, то один из капитанов сообщал о необходимости вернуть стул к линии. Тема из «Звездных войн» церемонно игралась в начале каждой сессии, и участники должны были сесть на их стульях к концу музыки. Безумное (консервативное) согласие с этим правилом было замечательно даже тем, что цель и последствия несоблюдения правила были неясны.

Тренер начал сессию с дискуссии о целях Lifespring, написал "personal growth" ("личностный рост") и "personal awareness"("личностное осознание") жирными буквами на доске. Осознание было определено как "understanding things as they are"(' понимание вещей, как они есть'). Тренер подчеркнул, что ответы уже есть в пределах нашего понимания – осталось только открыть их. "Everything has always been available to you. It's a matter of noticing it, of awareness." ("Все всегда было доступно для Вас. Это - вопрос того, чтобы замечать это, и осознавать"). Этот nativistic («врожденный», «естественный») подход к знанию был усилен плакатом поперек зала, который "рос" в размере каждый день. Загадочная фраза, которая охватила двадцать футов к пятому дню, была, "What am I pretending not to know?"('Что я притворяюсь не знать?')

После введения, которое сделал тренер, группа обсуждала различные причины для того, чтобы пройти Lifespring и как достигнуть "full value" ("полной ценности") от тренинга. Ключевые фразы, которые описывали среду для личностного роста, были "submission"('подчинение' смирение?), "100 percent commitment" ("100-процентное обязательство") и "spontaneity"("спонтанность").

Эти акценты на полное подчинение и тотальную вовлечённость оставляли мало возможностей для сопротивления - сомнений и оговорок, которые неизбежно будут у участников. Тренер продолжал обсуждения. В теме "как мы избегаем" показывал аудитории такие примеры моделей поведения, как забывчивость, болезни и мечтания. Был поставлен вопрос, "What stands in the way of creating maximum value for yourself?" (" Что непосредственно стоит на пути создания вашей максимальной ценности?"). В конце первого вечера тренер решительно объяснил, что главной возможностью достигнуть ожидаемого преобразования является полное подчинение опыту Lifespring. Все вопросы сопротивляющихся участников интерпретировались как "ways of avoiding," ("способы избегания"), сомнения и беспокойства были отмечены как препятствия личностному росту.

Множество правил "playing the Lifespring game" ("проигрывания в игру Lifespring") было рассмотрено, и участников просили дать согласие на них. Как и все группы, Lifespring руководствовался явными и скрытыми правилами. Правила Lifespring были акцентированы на повиновение инструкциям тренера и характеризовались произвольностью или нехваткой очевидного объяснения. Эффектом от длительного обсуждения правил, которое включало в себя несколько вызывающих вопросов участников, стало укрепление позиции тренера как узаконенный авторитет, который контролировал сам и уменьшал контроль участников.

Ответы аудитории направлялись по определенному пути, уменьшая способность участников думать критически и одновременно раздувая их чувство самоуважения. Для того, чтобы высказаться, участник должны были встать, признать себя лидером и говорить в микрофон. После того, как человек закончил говорить, аудитория должна была аплодировать, вероятно выражая поддержку в "risk of sharing"("риске поделиться переживаниями). Опыт необходимости разговора перед большой группой, слушание усиленного голоса и вознаграждение аплодисментами были, несомненно, полезны для тех, кто боялся выступать публично. Однако так как аплодисменты были обязательны, это не было признак качества или последовательности комментариев участников. Тренер признавал действительными только те ответы аудитории, которые подтверждали или иллюстрировали текущую точку зрения. За эти пять дней ответы все более и более отражали точку зрения тренера, и аплодисменты становились все более и более восторженными. Это существенно искажало и преувеличивало суть того, что произносилось, подрывая (reality testing) испытание действительностью. Например, посредине тренинга, один участник встал и объявил, ликуя, "I've got it!"("я получил это!") Значительные аплодисменты следовали даже при том, что не было никакого объяснения о том, что он получил.

Тренером вознаграждалось согласие или псевдосогласие. Участников, которые предлагали критические комментарии или тех, кто предлагал другой способ осмысления проблемы, отклоняли, их утверждения были подвергнуты осмеянию или перевертывались парадоксальной логикой. "Инакомыслящий" вообще переводился в некоторую форму согласия перед тем как получить разрешение сесть и получить аплодисменты.

Пример такого взаимодействия произошел первым вечером после упражнения "Доверие". Инструкции для этого упражнения были следующие: Участники должны были смешаться, и когда контакт глаз был установлен с одним из участников, позволялся один из четырех комментариев: "я доверяю Вам", "я не доверяю Вам," "я не знаю, доверяю ли я Вам," или"я не хочу говорить, доверяю ли я Вам". Участники должны были тогда идти дальше к следующему человеку без дальнейших комментариев. После того как участники расселись после упражнения, один участник бросил вызов скрытому смыслу прошедшего упражнения. Диалог ниже показывает, как его реакция была отклонена, вместо того, чтобы признать разумность вопроса, который он поднял.

ДЖЕЙМС: Я не уверен, что это имеет отношение к реальному доверию. То есть, нельзя всё свести к "я доверяю Вам" или "я не доверяю Вам". Скорее я доверю кому-то свой автомобиль, чем своего ребенка. Это зависит от того, насколько я хорошо знаю этого человека.

ТРЕНЕР: Вы хотите рассмотреть возможность того, что Вы не знаете, что действительно означает доверие?

ДЖЕЙМС: (Со смущением и колебанием) Да.

ТРЕНЕР: Спасибо. Вы можете сесть. (Аплодисменты аудитории)

Тренер использует различные техники, чтобы нейтрализовать комментарии, которые бросают вызов или оценивают его точку зрения и поддерживает достаточный контроль над ответами аудитории, чтобы критические размышления не были публично вознаграждены. Использование запутывающего "двойного разговора" было особенно эффективно в разоружении тех, кто угрожал ухудшить позицию тренера. Утверждения, типа, «What you think isn't is, and what you think is isn't" или "Well, what is the answer?"("Хорошо, что является ответом?") озадачивали достаточно, чтобы заставить участника чувствовать себя более неуверенно. Намёки на то, что участник был возбуждён, смущён, "avoiding"("уклонялся"), или "game-playing"("заигрался") были другой тактикой, используемой, чтобы дискредитировать возражающих участников.

По мере развития тренинга, участники все больше и больше принимали позицию тренера в интерпретации действительности. Защиты и способность критическому рассуждению подрывались и структурой тренинга и ответами тренера. Как правило, дидактические рассуждения следовали за каждым основанным на опыте упражнением, обеспечивая интерпретирующую структуру для вызванных ощущений. Тренер обеспечивал объяснение для того, чтобы усилить возбуждения, которое создавалось упражнением.

Форма упражнения, которая неоднократно используется в течение тренинга - это высоко структурированные взаимодействия в парах. Каждый член пары садился перед другим в открытой позиции (распрямленные ноги, руки положены на ноги). В течение всего упражнения должен был поддерживаться контакт глаз. Если участники отклонялись от этой позиции - например, отводя глаза или скрещивая ноги - то помощники требовали вернуться в открытую позицию. Мы обнаружили, что контроль наших действий в течение пяти дней (в то время как призывали к спонтанности) приводил к беспокойству, вызывая чувства беспомощности и зависимости. Длительный контакт глаз, требуемый во всех упражнениях в парах, имел определенный гипнотический эффект при котором становилось все труднее выйти из-под влияния упражнения.

В тренинг было включено множество упражнений в парах, которые воспроизводили детско- родительские отношения. Это предлагалось как средство решения конфликтов через грубые, интенсивные столкновения с родительскими замещениями. Эти упражнения также внесли свой вклад в регрессивное напряжение ранней фазы тренинга. Первый принимал положение партнера в позиции родителя, в то время как другой пристально вглядывался в его/ее глаза из перспективы детских воспоминаний. Как чувствовалось, вызывалась инфантильная беспомощность относительно сильного родителя, участники демонстрировали по детски непосредственное поведение, типа хихикания и нетерпеливого согласия тренеру. В другом упражнении требовалось, чтобы один партнер попытался удовлетворить все фантазии детства другого - фантазии о том, что обеспечил бы прекрасный родитель.

Idealational themes and regression (Тематики идеализации и регресс)

На втором вечере в течение дидактических рассуждений, понятийноеь содержание идеи Lifespring рассматривалось скрупулезно с использованием диаграмм. Тренер начал с дискуссии "how we respond to events" ("как мы реагируем на события"). Он утверждал, что, "resisting events" ("сопротивляясь событиям") или "attempting to change them" ("пытаясь изменять их") люди просто полагаются на предшествующие системы веры или "automatic"("автоматические") способы интерпретировать мир. Такой способ отвечать - реактивный, он связывает людей с опытом прошлого и к нереалистичным ожиданиям будущего. Тренер подчеркнул, что "coming from a position of change never works". С другой стороны, "submission"("подчиняясь" смиряясь) событиям и принятию вещей какие они есть - приводит к "creative choice" ("созидательному выбору"), "awareness" ("пониманию") "joy" ("радости") и "growth."("росту"). Парадокс этого скрыто консервативного послания состоял в том, что личный контроль поддерживался через подчинение или согласие с реальностью тренера.

Следующий диалог имел место, когда один из исследователей попытался бросить вызов логике представления, используя язык и категории, предоставленные тренером.

ДЖЕНИС: То, о чем вы говорите, частично соответствует моему опыту, частично - нет. Я вижу, что в некоторых ситуациях конфликт усугубляется, если реагировать только на основе твердых, нереалистичных предположений. В других же ситуациях - таких как женское движение или другие социальные движения - те, кто сопротивляются, - создают изменения. А те, кто подчиняется и уходит от конфликта, ничего не меняют. Кроме того, убеждения могут ограничить нас, но могут и также спасать нас время от времени. Вера в правосудие или равенство, например, может обеспечить надежду на другой способ сотрудничества в мире. Должны быть некоторые различия между рациональными и иррациональными или инфантильными убеждениями.

ТРЕНЕР: Ваша проблема состоит в том, что Вы застреваете на уровне анализа и убеждений. Вы одержимы необходимостью проанализировать все.

ДЖЕНИС: Я думал, что этим и занимаемся во время дидактического обсуждения. Разве это не то, что Вы делаете на доске? Разве я не прав? (Некоторый смех аудитории)

После смеха аудитории тренер убрал свою диаграмму, показывая некоторое раздражение, и повесил новую диаграмму, под названием "Levels of Awareness"("Уровни Понимания"). Он начал с "belief"("убеждений") заявляя, что это низкий уровень человеческого понимания. Затем он обсудил "analyzing" ("анализ") и "experimenting" ("экспериментирование"). Он отличал эти три низких уровня понимания, которые, по-видимому поддерживают "illusion of certainty"("иллюзию уверенности") в отличие от "experiencing and observing" ("преодоления и наблюдения"), которые освобождены от убеждений и приводят "natural knowing"("к естественному знанию"). Подчеркивая, что "all beliefs are arbitrary"("все убеждения являются случальными") тренер осуществил радикальную переоценку внешнего мира. Этот солипсическая картина мира, которая предполагает досоциальную самость, вносит свой вклад в общую тенденцию Lifespring развивать регрессивные способы рассуждения.

Хотя в аргументах тренера часто был элемент истины, широкое использование бескомпромиссных категорий, абсолютистской логики и магических способов размышления искажает то, что могло бы быть разумными доводами. Идеи представляются не как проблемы, открытые для исследования, а как априорные истины - "natural knowing" ("естественное знание"). Критический взгляд участника остроумно выворачивается обращением тренинга к себе, как источнику всего знания.

Инфантильное всемогущество и идентификация с лидером

После участия в разнообразных регрессивных упражнениях, участники все более и более идентифицировались с тренером и разделяли его мощь в течение третьего и четвертого дня тренинга. Смещаясь от упора на смирении и доверии, тренер заявил, что мы полностью ответственны за все события, в наших жизнях - "100 percent accountable" ("100 процентов ответственных") - включая выбор наших родителей. Мы выполнили упражнение в парах, которое должно было проиллюстрировать тему "taking full responsibility" ("принятия полной ответственности"). Партнеры должны были рассказать друг другу о случае, когда каждый из них был жертвой. Несколько человек рассказали истории о том, как были избиты родителями в детстве. Потом мы получили инструкцию пересказать историю с позиции 100-процентной ответственности - другими словами, как мы "set things up to be that way".

Это упражнение трансформировало инфантильную беспомощность, которую участники пережили когда-то в детстве, в инфантильное всемогущество. Многие участники сообщили о чувстве восторга и несдержанности после этого упражнения. Уровень проницательности был родственным рассуждению маленького ребенка, который познавательно еще не преодолел эгоцентрический взгляд на мир - убеждение, что все события он творит сам. Субъективный опыт освобождения, который сопровождал это упражнение, казалось, происходил от чувства всемогущества, созданного среди участников. Группа была особенно уязвима для такого типа примитивного рассуждения после предыдущих дней тренинга. Снижение сдержанности, всестороннее структурирование окружения и разрыв критической мысли, объединены, чтобы проявилась архаичная защита, такая как всемогущество.

Идентификация с мощной позицией тренера, как защита против инфантильной беспомощности и зависимости, стала очевидна все возрастающей опорой на язык тренера в течение пяти дней тренинга. Язык Движений развития человеческого потенциала, который обеспечил Lifespring "официальной" лексикой, казалось, охватывал весь человеческий опыт, например, "getting off automatic", "going for it", "taking risks" (рисковать), "taking responsibility" (брать ответственность) и "creating your own reality" (создавать собственную реальность). Эти фразы взяли почти магическую власть общения в пределах группы.

Тренинг продвигался, слова тренера все чаще повторялись членами группы. Тренер же становился более мягким и более доступным для группы. Он иногда сходил с подиума и смешивался с группой, позволяя группе испытывать большее чувство психологического слияния с ним. Наше коллективное соблазнение было драматично установлено на четвертый день, когда участники занимали позицию лидера на подиуме и "разделяли" рост, которого они достигли к настоящему времени. Лаура, привлекательная и разговорчивая женщина приблизительно тридцати лет, которая была первым участником, которая возражала против правил первым вечером, приблизилась к микрофону. С дрожью в голосе, она начала рассказывать, как стала социально изолирована. Она говорила о барьерах, которые она возвела, чтобы держать людей на расстоянии. Тренер тогда спросил, не желает ли она пройти упражнение "trust" ("на доверие"). Свет был пригашен, женщина встала на стул и была готова упасть назад в руки шести мужчин, отобранных из аудитории. Играла чувственная музыка, тренер стоял близко к ней, шепча интимным тоном. Наконец она позволила себе упасть, и мужчины стали качать ее в такт с музыкой. Тренер стоял близко к женщине, которая теперь рыдала, и массировал ей живот, мягко говоря с нею. Упражнение было весьма трогательным, вызывало слезы у многих участников. Хотя упражнение имело лишь поверхностное сходство с доверием, оно было неотразимо в своих либидных и религиозных оттенках. Это было что-то типа "крещения" у прежде упорного участника. Она полностью погрузила себя в опыт и наконец уступила тренеру.

Желание слияния, которое напоминает о безопасности и полной зависимости раннего детства, замечалось в различных психологических феноменах, например, во влюблённости, религиозных переживаниях, и состоянии опьянения. Однако, то, что мы нашли особенно неприятным в различных доверительных упражнениях, представленных в Lifespring, так это отсутствие различий в природе доверия. Желание близости удовлетворялось мгновенно. Казалось, имело мало значения, действительно ли объект желания заслуживал доверия. Акцент был на «сдаче» недифференцированному, неизвестному другому, который существует как продолжение твоих собственных потребностей.

Солипсическое представление мира поддерживается эмпирическим и понятийным содержанием тренинга в течение всех пяти дней. В то время как реакции других всегда содержат проекции, в Lifespring граница между внутренней и внешней реальностью, между собой и другим постоянно стирается структурой тренинга. Это вносит свой вклад в чувство несдержанности и безграничной мощи, переживаемой участниками. Идея "mirroring" ("отражения") используется в нескольких упражнениях как метафора для проектирования действительности. "What you see in others"("То, что Вы видите в других") говорили нам, "is a mirror of yourself"("является непосредственно зеркалом вас").

Упражнения, которые мобилизуют нарцистические защиты, то есть, чувства раздутого самоуважения и преувеличения личной мощи, чередовались с атакующими упражнениями, что было narcissistically вредными. Позже вызывались чувства позора и бесполезности, что делало группу уязвимой для суждений лидера. Например, игра под названием "Красное и Черное", которая требовала, чтобы группа разделилась на две команды и разработала стратегии, основанные на ряде правил, чтобы заработать максимум очков. Никакая команда не была в состоянии признать, что главное непредвиденное обстоятельство для того, чтобы заработать максимум очков было то, что обе команды должны преуспеть. По существу, если одна команда проигрывала, то вторая тоже. И обе команды действительно проигрывали. Это упражнение, могло бы быть поводом, чтобы обсудить культурный контекст конкуренции и аспекты нашего общества, которые мешают выявить совместные возможности. Вместо этого тренер наказал участников, наконец заявляя с отвращением "You all make me sick." "Вы меня удручаете". Так как это упражнение было в конце вечера, мы должны были пойти домой и размышлять над тем, что узнали. Большинство участников молчали и были заплаканы, когда вечерняя сессия закончилась.

Принимая положение грубого и отталкивающего родителя, тренер был в состоянии мобилизовать инфантильные чувства вредности. Этот опыт делал более вероятным тот факт, что участники будут пытаться защищаться от ощущения себя плохими и бессильными детьми в последующих упражнениях, все сильнее солидаризируясь с лидером. Тенденция совпадать с ним, чтобы разделить его власть была особенно очевидна на следующее утро после упражнения 'Красное-черное', когда 8 или 10 участников с энтузиазмом выстроились в линию на сцене, чтобы высказаться. Впервые в тренинге, участники были приглашены присоединиться к лидеру в его приподнятой позиции на сцене.

В течение заключительных двух дней тренинга, было много объятий и других признаков привязанности среди участников. Однако, эти выражения "любви к каждому", были скорее нарциссически мотивированы. Они были продолжением экспансивного настроения и чувств мощи, переживаемой многими участниками, а не выражением взаимности или верности. Другое групповое упражнение, основанное на сборной модели линии человеческих отношений, иллюстрирует неразборчивую природу завязывания знакомств. Участники собрались в двух концентрических кругах, лицом друг к другу. Каждая пара должна была одновременно указать один из четырех возможных жестов близости: 'не желаю никакого контакта'; 'рукопожатие'; 'удерживание рук'; или 'объятие'. После завершения этого короткого, немногословного взаимодействия, линии перемещались, и новые пары повторяли процедуру. Большинство пар обнимались, тесный контакт был выбран большинством участников.

Это упражнение, возможно, было полезно для тех, кто боится физического контакта, обеспечивая форму десенсибилизации, Но оно было лишено всякого объяснения, которое могло придать значение таким взаимодействиям. Вместо этого, это стало довольно навязчиво, создало притяжение, противоположное боязни физического контакта, что давало минимум информации относительно проблем близости. Эти мимолетные физические контакты переживались так, как будто они имели глубокие человеческие значения.

Псевдо самоанализ и испытание действительности

События пятого заключительного дня тренинга обеспечили участников возможностью использовать то, чему они научились, отвечая на непредвиденный кризис. После утреннего перерыва, один из более активно вовлеченных участников, Патрик, подскочил и занял позицию тренера на подиуме. Первоначально казалось, что Патрик разыгрывал тренера, дразня его и игнорируя правила. Однако, скоро стало очевидно, что у него расстроилась психика - его речь была несвязной, он был вне реальности, и он, казалось, испытывал галлюцинации. Тренер приблизился к нему и сказал ему прекратить "game playing" "заигрывание". Его "other choice" ("другой выбор") должен быть "go to a place where they allow people to play crazy games" ("пойти в место, где позволяют людям играть в сумасшедшие игры"). Патрик только рассеянно глядел на тренера и продолжал бормотать фразы Lifespring. Некоторые участники отвечают, поощряя Патрика "go for it" и "let it all out"." Они не понимали, что он уже "let too much out" "освободил слишком много". Его очевидно болезненные защиты неоднократно задевались тренером, который уклонялся, часто обвиняя его в "bullshitting"("том, что он говорил ерунду").

Когда стало ясно, что Патрик был неспособен прийти в себя, других участников попросили оставить помещение. Мы собрались снаружи, первоначально ошеломленные тем, что случилось. Тогда группа соединилась в "circle of love"("круг любви") инициированный несколькими членами, из желания "send Patrick our energy"("послать Патрику нашу энергию"). Группа ясно пыталась обеспечить комфорт своим участникам в расстраивающей ситуации. Примечателен, уровень отрицания и неверного истолкования того, что произошло. Группа трансформировала психотический эпизод Патрика в положительный опыт, используя категории рассуждения предоставленные тренингом. Демонстрируя инфантильное всемогущество, поощренное предыдущими днями тренинга, некоторые из участников объявляли, что "we are going to heal Patrick-he'll feel our energy"("мы собираемся излечивать Патрика - он будет чувствовать нашу энергию"). Другие бодро прокомментировали, что "he is getting in touch with his feelings"("он входит в контакт со своими чувствами") и "whatever he chooses is right for him, it's the very best for him"("независимо от того, что он выбирает, это правильно для него, это самое лучшее для него"). После того, как Патрик был уведен, группа возобновила работу, чтобы продолжить тренинг. Вместо того, чтобы обсудить то, что случилось, включая воздействие тренинга на Патрика, стимулировалось излияние рекомендаций.

Несмотря на то, что этот инцидент потенциально подрывал групповую идеализацию тренера, были предприняты решительные защитные действия, которые предотвращали извержение враждебности в группе. Группа чувствовала себя готовой вновь подтвердить совершенство Lifespring и воплощать и переадресовывать вызываемые плохие ощущения на себя, хотя потенциально были направлены к тренеру. Враждебность была отведена от тренера, который получил незагрязненную привязанность группы, на одного из участников, который остался вне "круга любви". Этот участник, один из исследователей, был символом сопротивления в течение всего обучения, задавая вопросы и время от времени не соглашаясь с тренером. В течение одного из групповых упражнений он был отобран половиной участников как "least attractive"("наименее привлекательный") человек в группе. Он был раздражал многих участников, потому что был "too analytical," "rigid," and "not feeling enough" ("слишком аналитическим," "твердым", и "недостаточно чувствующим").

Вслед за событиями утра, усилились эмоциональные состояния, и настроение истерии стало ощутимо. В то время как все нежные чувства были направлены к Lifespring, враждебный компонент был теперь направлен более интенсивно к участнику - исследователю. Один участник встал и заявил "I've got something to say to Dick. You know, I really hate Dick!" ("я хочу кое-что сказать Дику. Вы знаете, я действительно ненавижу Дика!". Другой участник добавил "You don't give your love, Dick. All I want, Dick, is for you to love. And you hold back your love!"( "Вы не даете вашу любовь, Дик. Все, что я хочу, Дик, для тебя любви. И Вы сдерживаете вашу любовь!". Когда Дик объяснил свои реакции на события утра, другие участники кричали сердито "You're coming from your head, stop analyzing, come from your heart" ("Вы идёте от головы, прекращайте анализировать, и всё придет от вашего сердца.")

В пределах самовлюбленной структуры, построенной тренингом, использование инфантильного раскола мира на "all good" и "all bad" ("хорошие" и "плохие") объекты проявляется как доминирующая защита против беспокойства в группе. В отношении приобретённого опыта Lifespring, это должно было быть идеализировано как all-good (хороший) объект. Нельзя было ни расспрашивать тренера, ни пытаться изменить содержание тренинга. Участники, мнения которых не совпадали с тренерским, рассматривались как угроза чувству восторга и самоуважения, которым обладают участники. Любые угрозы должны необходимо ликвидировать, чтобы сохранить фантазию всемогущества, выращенного в пределах тренинга.

Заключение

Мы показали, что, в то время как многие участники испытали ощущение расширенного самоуважения как следствие тренинга, этот опыт был чрезвычайно патологическим. Во-первых, систематически подрывалась функция эго и развивалась регрессия с помощью структурирования окружающей среды, инфантилизации участников и повторяющегося упора на смирении и сдаче. Во вторых, понятийная или интерпретирующая структура тренинга также базировалась на регрессивных способах рассуждения - использование бескомпромиссных категорий, абсолютистской логики и магического мышления, все это схоже с эгоцентрическими размышлениями маленьких детей. В-третьих, содержание тренинга стимулировало ранние нарцистические конфликты и защиты, которые объясняют восторг и чувство усиленного самоуважения, достигнутые многими участниками. Разрушение объективных границ человеческого действия развило грандиозные фантазии о неограниченной власти (мощи). Вследствие такого разрушения опыта внешнего мира, взаимодействия с другими лишались содержания. Люди казались равнозначными настолько, что эфемерные, беспорядочные эмоциональные контакты переживались как глубокие и значимые. Идентификация с Lifespring требовала значительной идеализации, так что любая угроза этому опыту агрессивно защищалась.

Наши методы повлияли на наш опыт в тренинге и на наши заключения. Базовый курс Lifespring, который требует полного участия и не оставляет возможности для наблюдения, бросает специфический вызов методу включённого наблюдения. В обстановке Lifespring любой наблюдаемый факт становится основанием для потребности в дальнейшем "росте", для ухода от анализа или "intellectual trips" ("интеллектуального путешествия"). Неполная эмоциональная вовлеченность в тренинг вывела авторов за пределы группы участников и привела к тому, что мы пережили тренинг иначе, чем остальные члены группы. Как результат, мы не полномочны выступать с точки зрения "среднего участника". Мы не сделали того, что, используя слова Lifespring можно сказать "got the training".

Однако, как включённые наблюдатели, мы действительно разделяли некоторые элементы из группового субъективного опыта, особенно экстраординарное давление, чтобы соответствовать обстановке. В этом случае, контекст включенного наблюдения, который, как говорит Rabinow (1977), диктуется "observation and externality" ("наблюдением и внешней реальностью") привел нас к возможности отметить те размеры, в которых тренер желал достигнуть необходимого подчинения и обязательств, которое мы описали в этой статье. Такое включённое наблюдение, хотя его исследовательская стратегия и не подходила для полной интеграции исследователя в прохождение Базового курса Lifespring, оказалось неоценимым методом для того, чтобы понять процессы этого тренинга.

Мы не обращались к нормативному контексту тренинга, не выясняли степени, в которой участники Lifespring подготовлены нашей культурой к позитивному восприятию Lifespring. Понятийный контент тренинга, возможно, был бы менее убедителен, если бы убеждения относительно автономии и силы человека не были так сильно включены в господствующую идеологию американского общества. Организации личностного роста, по-видимому, используют существующее сейчас разрушение традиционных методов поддержки таких убеждений и фиксирования индивидуальной идентичности. Более глубокое понимание этого явления требует анализа социоисторического контекста, в котором оно появилось и в котором получило свое признание.

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Предлагаю окончательно выйти на 1 место в сети по "Лайфспрингу". :bb:

Для этого просьба ко всем участникам, отредактировать свои прошлые сообщения и вместо ЛС или лайф, написать полностью "Лайфспринг"

Ну и в последующих сообщениях конечно писать название полностью... :buba:

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Очень интересная статья. Спасибо. (Да, конечно, Лайфспринг нервно курит в туалете по сравнению с этими гробами и клетками... - жесть) :o

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Отрывок из книги Т. Лири, М. Стюарт и др.

"Технологии изменения сознания в деструктивных культах"

Существует множество психотерапевтических и «просветительских» сект, называющих себя школами, движениями и фондами. Семинары и конференции они, как правило, проводят в актовых залах дворцов молодежи, университетов или залах для деловых встреч фешенебельных отелей. Участие в таких семинарах, обещающих «инсайты» и «просветления», может быть бесплатным, проводиться за символическую плату или же стоить сотни долларов. Такие секты активно используют техники манипуляции сознанием и психологического программирования, благодаря чему участники переживают «пиковые» ощущения. Большинство участников на этом останавливается, но всегда находится ряд людей, которых удается «обработать». Таких людей уговаривают записаться на курсы более высокого уров-ня, которые оплачиваются по более высокому тарифу. Выпускников таких курсов чаще всего втягивают в сеть школы, вернее, секты. После этого им велят приводить в нее друзей, родственников, сотрудников, не распространяясь о деятельности и программе группы, а тем, кто не справится, грозят изгнанием. Деятельность таких групп стала причиной нервных расстройств, исковерканных судеб, разрушенных семей, краха карьеры у их последователей, а также самоубийств и летальных исходов в результате «несчастного случая». У людей, возглавляющих такие группы, обычно весьма сомнительное, а иногда и криминальное, прошлое.

В девяностые годы широкую популярность приобрели сеансы психотренинга, на ко-торых людей обучали методикам «расширения сознания». Группа «Форум», организованная Вернером Эрхардом, умело проводила рекламную кампанию, зазывая людей на сеансы психотренинга по созданию «новой реальности». Синтезировав популярные философии, от восточных религий до психоанализа, Эрхард разработал программу, которая якобы пробуждала у участников потребность встретиться лицом к лицу с их внутренними конфликтами, социальными проблемами и отказаться от застарелых иллюзий. Тренировочная программа длилась девять дней, и на протяжении этого срока людей эмоционально унижали, призывая дойти до состояния, в котором они, наконец, «все поймут», - состояния, напоминающего катарсис. Эрхард не был специалистом в области психиатрии, целительства или религии, но у него была хватка опытного торговца. За пять лет ему удалось протащить через свои семинары более восьмидесяти трех тысяч состоятельных и хорошо образованных людей, обещая «трансформировать их жизненную позицию и восприятие жизни». Впрочем, по оценкам самого Эрхарда, семинары «Форума» посетило более семисот пятидесяти тысяч человек, а более пяти миллионов человек финансировало его виртуальный проект «Всемирной борьбы с голодом». Эрхард утверждал, что если достаточно много людей «представит реальность, в которой нет болезней, голода и войн», то они исчезнут. Многие слушатели его семинаров ста-новились «сессионными наркоманами» и соглашались заниматься неоплачиваемой вербовочной деятельностью в «Форум».

Во время тренингов в сознании людей происходили определенные изменения. На протяжении долгих часов их заставляли подчиняться странным и жестким требованиям, что якобы, помогало содрать с них оболочки психологической стабильности, которые обычно укрепляют нормальное состояние сознания. Им запрещалось иметь часы, общаться друг с другом, вставать с места, курить, есть и выходить в туалет. На протяжении целого дня поди сидели с закрытыми глазами и слушали оскорбления, обличения и непристойную брань из уст инструктора. Они находились в комнатах, куда не проникал дневной свет и где поддерживалась температура более сорока градусов по Цельсию. Кроме того, в группу специально «подсаживали» кликуш и людей, страдавших истерическими припадками, которые неожиданно начинали брызгать слюной и истошно визжать. Участники программы находились в состоянии крайнего физиологического и эмоционального дискомфорта.

Когда одна из слушательниц семинара, интеллигентная сорокапятилетняя женщина, во время семинара задала руководителю вопрос, он ответил: «Ну конечно, откуда же вам это знать! Вы же сидите среди жертв!» В ответ на вопрос, почему она там сидит, она объяснила, что страдает диабетом. Он тут же обвинил ее в том, что еще маленькой девочкой она «придумала» себе диабет, чтобы привлечь к себе внимание отца. Если бы она хотела избавиться от диабета, который сама себе «создала», то давно бы о нем забыла, потому что, подобно всем людям, обладает способностью «создавать новую реальность». Он унижал ее перед залом, но она пережила это унижение, потому что верила его словам. Она хотела жить без инсулина, поэтому отказалась от лекарства и начала создавать новую реальность... Из диабетической комы ее вывели врачи «скорой помощи».

У многих людей после сеансов психотренинга появились психические расстройства. Манипулируя человеческим стремлением познать другие измерения сознания, не уходя от реальной жизни, Эрхард выбросил на «духовный рынок» суррогатный «товар», обещавший «мгновенное просветление». Вызывая у аудитории ощущение расширения сознания, в действительности Эрхард прибегал к гипнотическим тактикам управления сознанием. Он обретал контроль над людьми, которые верили, что он и его семинары помогут им достичь просветления, и использовал их в качестве вербовщиков новых слушателей семинаров.

К концу семинара инструктор всегда спрашивал людей, «поняли» ли они. Одни слушатели говорили «да» и аплодировали. Другие говорили, что не уверены. Инструктор с ними беседовал, и они говорили, что «поняли». И, наконец, находились несколько человек, уверенные в том, что «не поняли». На это инструктор отвечал: «Прекрасно, именно вы как раз все и поняли, поскольку понимать было нечего». Все превращалось в фарс. Это приводило людей в состояние сильного эмоционального дискомфорта. И, тем не менее, большинство «выпускников» считало этот опыт позитивным и хотело принять участие в очередном семинаре.

В этих семинарах огромную роль играло измененное сознание участников, которое позволяло им преодолевать дискомфорт и унижение. Течение времени в обычном смысле останавливалось, и у людей возникали необычные ощущения. Инструктор цинично издевался над людьми, доводил женщин до слез, а мужчин до бешенства. Люди начинали терять представление о реальном мире и даже о том, кто они такие. Как рассказал один из участников семинара, «и вдруг мне все стало ясно! Я был пленником моего собственного маниакального влечения всем помогать и делать добро. Инструктор был прав: я не должен зацикливаться на этой позиции. Я волен выбирать, как думать и как чувствовать, не оглядываясь на сорок лет программирования и кодирования. Затем вся комната исчезла, и меня перестали терзать мысли о том, когда это все закончится, и когда я смогу спокойно поесть и помочиться. Я почувствовал себя так, словно освободился из тюрьмы, в которой оттрубил сорок лет».

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Полная версия на http://www.spa.msu.ru/publ_(vestnik_3_2006).html

. Пугачев Василий Павлович – доктор философских наук, профессор, зав. кафедрой управления персоналом факультета государственного управления им. М.В. Ломоносова.

ПРОГРАММИРОВАНИЕ ПСИХИКИ КАК МЕТОД СОЦИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ

Любовь, дружба, радость жизни, смех, любопытство, храбрость, честность – всего этого у вас уже никогда не будет. Вы станете полым. Мы выдавим из вас все до капли, а потом заполним собой.

Джордж Оруэлл

Что такое программирование психики?

Развитие человеческой цивилизации в эпоху информационного общества знаменуется дальнейшим усложнением общественной организации и, как следствие, нарастанием потребности в социальном управлении. Обострение этой потребности дало мощный импульс развитию принципиально новых методов и технологий управления: синергетических, микрополитических, нейролингвистических и др. Особое место среди них занимает программирование психики.

Оно представляет собой последовательный «процесс планирования, компоновки, кодирования и ввода в психику человека информации с целью получения совершенно определенных реакций в виде мыслей, образов, состояний, желаний, мотивации и поведения»1. Иными словами, программирования психики – это формирования или изменение у человека (группы, общества) психических структур (в том числе ментальных карт и программ) и индивидуальных черт, предопределяющих его поведение в определенных ситуациях и часто используемых для манипуляционных акций.

Программирование психики фактически лишает человека самостоятельности выбора – он возможен лишь в пределах альтернатив, заложенных в ментальной программе. Однако в определенных случаях такое управление может быть открытым, а подчинение – добровольным. Это имеет место в психотерапии, когда человек добровольно соглашается перепрограммировать часть своей психики, например, с помощью НЛП избавиться от ограничивающего личностное развитие способа восприятия действительности, овладеть эффективной моделью мышления, заимствованной, скажем, у Эйнштейна. В таких случаях изменяется лишь заранее оговоренная часть психики. Причем это не используется в целях управления человеком, который сохраняет самоконтроль. В данной статье речь пойдет о манипулятивном психопрограммировании, сам факт или же цели и результаты которого скрываются от его участников и в процессе которого объекты воздействия утрачивают контроль за происходящим.

Манипулятивное программирование психики осуществляется с целью получения в будущем определенных реакций объекта воздействия в форме нужных его субъекту способов восприятия и оценки действительности, а также поведения. Оно позволяет надежно управлять людьми как с помощью заранее сформированных у них психических структур, детерминирующих их внешне свободное поведение, так и посредством стимулирующего воздействия, опирающегося на такие структуры. К примеру, если человек жестко запрограммирован на быстрый карьерный рост, то он будет и проявлять самостоятельные усилия к занятию более высокой должности, и сильно реагировать на карьерные стимулы, используемые руководством.

По своей сути программирование психики относится к косвенным, неимперативным методам управления, поскольку оно не предполагает выдвижение к объекту управления каких-либо требований и осуществляется незаметно для него. С его помощью сознательно и планомерно формируются определенные индивидуальные качества человека. И в этом смысле оно, наряду со стихийной социализацией, обучением и воспитанием, – составная часть процесса формирования личности.

Специфическими признаками программирования, по сравнению с традиционными, преимущественно рациональными способами формирования личности являются:

• высокий уровень сознательности и целенаправленности воздействия субъекта. При программировании ставятся четкие, конкретные цели, предполагающие определенные психические и поведенческие реакции объекта воздействия, обычно выделяются необходимые для достижения таких целей ресурсы и устанавливаются конкретные, сравнительно короткие сроки;

• использование новейших научных методов и технологий воздействия на психику, а также традиционных методов внушения и зомбирования, разработанных в религиозных сектах и некоторых религиях. К новейшим способам программирования психики относятся психологические (в том числе НЛП), лингвистические, кибернетические, социосинергетические и другие методы. О традиционных методах речь пойдет ниже;

• введение человека в особые, трансовые состояния сознания, воздействие преимущественно на подсознание (бессознательное) людей с помощью внушения. Как специфический вид коммуникаций внушение отличается слабым вниманием к аргументации и доказательности со стороны внушающего (суггестора) и низкой критичностью восприятия содержания информации со стороны внушаемого (суггерента).

• возможность быстрого формирования не отдельных ценностных ориентаций и поведенческих установок (например, преданности компании), а целых поведенческих программ, определенной жизненной позиции личности. В ходе психопрограммирования изменяется система ценностей человека, его самосознание и жизненная философия, мировоззрение;

• устойчивый, длительный характер изменений психики. При многих видах психопрограммирования не наблюдается постепенное ослабевание поведенческих программ под воздействием практического опыта и разума. Они могут сохраняться на протяжении всей жизни человека и с трудом поддаются депрограммированию;

• применение новейший технических средств воздействия на сознание и, особенно, на бессознательное. К ним относятся в первую очередь аудиовизуальные средства: телевидение, видеоаппаратура, компьютерные системы, радио, кинематограф и т. п.2

• однозначность выполнения объектом воздействия заложенной поведенческой программы, недопущение альтернативных форм поведения;

• дешевизна, по сравнению с рациональными формами мотивации человека (убеждением, стимулированием, наказанием), требующими гораздо больших материальных и иных затрат.

• скрытность воздействия. При программировании психики его подлинная цель обычно тщательно скрывается. (Исключением являются случаи психотерапевтического программирования, осуществляемого с согласия пациента для преодоления, например, фобий)

• быстрота и высокая эффективность воздействия. При психопрограммировании изменение личности происходит во много раз быстрее, чем при обычном, преимущественно рациональном воздействии, например, обучении.

Все эти качества, и в первую очередь скрытность, однозначность, устойчивость и стабильность поведенческой реакции объектов воздействия, быстрота достижения цели, высокая эффективность в целом, делают психопрограммирование особенно привлекательным методом управления для многих руководителей.

Успешно запрограммированный человек действует подобно роботу, механически реагирующему на определенные символы-команды. Как пишет американский журналист Поль Киган (Keegan), прошедший курс обучения в тренинговом центре «Энергия жизни» («Lifespring»), использующем ментальное (психическое) программирование, с помощью тренингов «людей можно превратить в пучок рефлексов. При определенных обстоятельствах и контролируемых условиях они сделают почти все, что им прикажут»3.

Ментальное программирование может осуществляться на различных уровнях: отдельного человека (это часто происходит в целях психотерапии); компаний (организаций) и государства в целом. В управленческих целях оно применяется главным образом на двух последних уровнях: отдельных организаций в сфере бизнеса и в области государственной политики.

Современное психопрограммирование опирается на традиции, идущие из далекого прошлого, и прежде всего на методы религиозного влияния4. Еще много веков назад специалисты в области «человеческих душ» умели делать из людей послушных и добровольных исполнителей их воли. «Предоставьте нам ребенка до 7 лет – и потом делайте с ним, что хотите, он уже наш» – говорили иезуиты. Эффективнейшие процедуры управления психикой применялись ими и по отношению к взрослым5.

Интересный пример достаточно «невинного», по сравнению с современными психотехнологиями, комплексного психопрограммирования в секте ассасинов описывает известный путешественник Марко Поло6. Ассасины – секта фанатиков-мусульман, воевавших против крестоносцев. Она действовала в Персии в 13 веке. Марко Поло описал прекрасный сад, служащий главным местом и средством психопрограммирования. Он располагался между двух гор и был известен только членам секты. Вход в сад защищал укрепленный от нападения замок. Сад был устроен в соответствии с представлениями о рае пророка Магомета.

Как писал Марко Поло, в этом саду «можно было найти всевозможные фрукты и самые прекрасные дворцы в мире. Там были каналы – по одному текла вода, по другому мед, по третьему вино; там находились самые красивые в мире женщины, которые пели и играли на музыкальных инструментах и танцевали лучше кого бы то ни было».

В этот райский сад допускались только те молодые люди, которые желали стать ассасинами. Верховный глава культа определял готовность кандидатов к посвящению в члены секты. После его положительного заключения, им давали гашиш. Затем в состоянии наркотического сна их вносили в сад. Пробудившись, они были поражены несказанным великолепием. Окружающие исполняли их любые причуды. Юноши испытывали на себе блаженство рая, расставаться с которым никто не хотел. В обмен за продление наслаждений и новое вхождение в «земной рай», а также в вечный рай в загробной жизни, ассасины обязывались слепо повиноваться руководству и выполнять его любые задания, которые обычно сводились к убийству рыцарей-крестоносцев.

На традиции мусульман-ассасинов опираются современные террористические организации типа «Алькайда». Как свидетельствует довольно массовое использование террористов-смертников в различных, главным образом исламских странах, их системы программирования человека очень эффективны.

Несмотря на отдельные высокие достижения в области психопрограммирования в традиционном обществе еще не было научных технологий и технических средств программирования сознания и поведения в широких и особенно общегосударственных масштабах. Применительно к хозяйственной деятельности управляющие вполне обходились традиционными методами управления: стимулированием и наказанием.

В наши дни в США и других странах, в том числе в России, действует немало тренинговых центров, осуществляющих психологическое (ментальное) программирование. Один из них – основанная в 1953 г. Роном Хаббардом в США сайентологическая церковь, ныне представляющая собой финансовую империю, распространенную по всему миру. В последние десятилетия она осуществляет широкие образовательные программы для российских руководителей7. Крупными транснациональными центрами ментального программирования являются также компании «Ландмарк» («Landmark»), «Энергия жизни» («Lifespring») и др.8

Использование тренингов с ментальным программированием позволяет руководству компаний получать определенные реакции сотрудников в форме желательных способов восприятия и оценки производственных ситуаций, а также желательного поведения. Сегодня многие американские и другие компании стремятся реализовать модель обучающейся организации, использующую элементы ментального программирования. Как пишут американские специалисты Эд Кур и Рихард Буннинг, цель такой организации – «обучение не только для того, чтобы вести себя по-другому, но также и думать, оценивать и чувствовать по-другому, действовать по-другому»9.

Конечно, деятельность большинства современных крупных тренинговых компаний не ограничивается тренингами ментального программирования. Ими используются разнообразные, в том числе рациональные, формы обучения и развития персонала. И все же в последние десятилетия в мире, в том числе и в России, явно наблюдается рост удельного веса психопрограммирования и в бизнесе, и в политике. Каковы же важнейшие приемы психопрограммирования, используемые в бизнесе?

Психопрограммирование в бизнесе

Манипулятивные тренинги психопрограммирования (далее используется сокращенное название – МТП), практикуемые в сфере экономики, имеют много общего. Их главные цели – подавить разум человека, его способность к критическому мышлению, разрушить существующую у него систему ценностей для того чтобы сформировать новую систему ценностей и упрощенные модели поведения, записать в его психике новые программы восприятия реальности, мышления и действий. МТП применяют две группы методов психопрограммирования: во-первых, способы, выработанные и отточенные в течение многовековой практики тоталитарными сектами, психокультами в целом, во-вторых, новейшие достижения психологических наук и в частности нейролингвистического программирования. В бизнесе главными целями МТП обычно являются максимальная мотивация сотрудников на цели компании (достичь в любом случае, любой ценой) и полная покорность руководству.

Используя различные исследования и прежде всего работы Бэрбель Швертфегер10, можно выделить следующие специфические черты МТП, отличающие их от преимущественно рациональных форм обучения и развития персонала.

Скрытность. Процесс ментального психопрограммирования происходит только тогда, когда подопытный не знает, как он, шаг за шагом, подвергается манипуляции, открывается для внедрения новых идей и ценностей. При этом ему говорят, что эффективность тренинга обеспечивается лишь тогда, когда участник не знаком с последовательностью тренинга и доверяет его руководителю.

Интимные исповеди и самобичевание. Чтобы «записать» в психику человека новые, угодные заказчикам программы восприятия действительности и реагирования на нее, необходимо освободить для этого место, т. е. разрушить существующие систему ценностей и способы реагирования на определенные события. Эффективным средством для этого служат эмоциональные, волнующие исповеди, просмотр своей предыдущей жизни сквозь призму неудач и упущенных возможностей. Такой негативный ретроспективный взгляд на собственную жизнь побуждает человека отказаться от прежних ценностей и принять новую веру и модель мышления. Исповеди решают и другую важную задачу психопрограммирования: накаляют эмоциональную атмосферу и «выворачивают душу человека наизнанку» – делают достоянием всех его интимную жизнь. Во время исповеди некоторые тренеры специально унижают человека, усиливают его негативные оценки собственного поведения. В результате такого самобичевания и унижений со стороны тренера дестабилизируется его Я-концепция, система личностной самооценки и самоуважения. Человек чувствует себя полностью дезориентированным, всеми покинутым и глубоко несчастным и поэтому готов полностью довериться тренеру. Чтобы перенести это невыносимое, стрессовое состояние он бессознательно использует такую форму преодолевающего поведения11, как отстранение, предполагающую отключение эмоциональной сферы и впадение в легкий транс, полугипнотическое состояние, повышающее эффективность внушения.

Использование клаукеров – специально подобранных помощников, выдающих себя за обычных участников тренинга. Они «заводят» группу, служат образцами поведения, на которые ориентируются новички. Клаукеры потрясают всех заранее подготовленными эмоциональными исповедями о собственной жизни, в нужных местах аплодируют, поощряют правильное поведение, «шипят» на нарушителей правил, словом, делают все то, что повышает эффективность внушения и глубину подчинения участников тренинга.

Иллюзия всесилия как ядро нового мировосприятия. Основополагающая идея МТП – человек сам виноват в своей судьбе. Явно или неявно он сам желал всего того, что произошло в его предшествующей жизни. Это распространяется даже на с виду непредсказуемые факты, например, несчастные случае, болезни и изнасилования. Такого рода внушение порождает у участников тренинга сильную растерянность, смятение, чувство вины. Прежние ценности, образ мышления и поведения ставятся под сомнение. Человек, находясь в смятении, лихорадочно ищет выход из жизненного тупика. И тут ему предлагают (а в действительности незаметно навязывают), новый способ мышления и действий, основополагающей установкой которого является вера в способность реализовать любую личную цель при условии ориентации на новые ценности. В установке на всесилие искажается и гипертрофируется в общем-то правильная идея, что человек часто имеет больше свободы и возможностей в формировании своей собственной жизни, чем он думает. Однако доведенная до крайности эта идея порождает чувство всесилия и самообман, которые иногда могут привести к трагическим последствиям. Так например, известны случаи, когда люди, прошедшие тренинги психопрограммирования, под влиянием чувства всесилия, не умея плавать бросались в воду и тонули, смело ехали на красный свет светофора и попадали в автокатастрофы.

Строгие правила поведения. В самом начале тренинга его участников предупреждают о необходимости неукоснительно соблюдать определенные правила. Это, якобы, является необходимым условием эффективности работы семинара. На самом же деле установление обязательных для участников правил, нередко противоречащих их ценностям и убеждениям, является средством манипуляции. Такие правила служат удержанию участников под полным контролем. При этом используются психические механизмы долга (верность обязательствам) и сила группового давления. Сами правила не могут быть поставлены под сомнение участниками тренинга. Исключаются всякие дискуссии об их правомерности или возможности неисполнения. На практике это выглядит примерно так. В самом начале семинара тренер объявляет установленные им правила и спрашивает, понятны ли они. Вопрос о согласии с ними участников полностью исключается. Как только участники принимают правила (хотя по существу у них нет выбора, поскольку альтернативой согласия является только отказ от тренинга, обычно чреватый санкциями со стороны руководства компании), они ставятся в отношения зависимости и подчинения. Любой человек, преступающий требования правил, не только нарушает собственные обязательства, но и подвергается групповому давлению.

Эффект ошеломления, интерпретация проделанных упражнений задним числом. Мастера психопрограммирования умело используют эффект ошеломления: участники не знают, что с ними будет. Они доверчиво, шаг за шагом следуют указаниям тренера и незаметно для себя превращаются в марионеток, бездумно и безропотно выполняющих все его требования. Человеку не объясняют смысл и цель упражнения. Так, например, от него требуют пробежать определенное расстояние, не сообщая цель задания. После пробега он слышит неожиданную интерпретацию этого события: «чем медленнее ты бежал, тем больше твое сопротивление переменам». Бессмысленное выполнение упражнений и их неожиданная, ошеломляющая последующая интерпретация служат отключению разума, формированию слепого, бездумного послушания. Думать во время тренинга бесполезно – все равно не угадаешь смысл происходящего. Остается одно – полностью положиться на тренера-гуру.

Обещания конфиденциальности и отказа от претензий к тренерам. В начале МТП участники дают ряд обещаний, в том числе письменных: не выдвигать каких-либо претензий к тренеру после завершения семинара (в том числе в случае, например, нервного срыва), ничего не говорить посторонним о содержании тренинга, соблюдать правила и др. Многие тренеры подчеркивают важность верности слову. В обычной жизни это действительно так. Однако в данном случае верность обещаниям служит усилению контроля. Поведение связанных обещаниями участников легко прогнозировать, ими просто управлять.

Создание ситуации, порождающей чувство бессилия что-либо изменить. МТП осуществляются в тренинговом центре, находящемся в удаленном, незнакомом месте. Участники едут туда обычно на 3–5 суток (через некоторое время организуется новый тренинг) в автобусе или на катере. Они должны сдать часы и личные вещи. Бегство с места тренинга затруднено. Они не знают, какая программа их ожидает. В результате всего этого они чувствуют себя бессильными что-либо изменить и вынуждены полностью положиться на тренера. Чувство бессилия парализует несогласие и сопротивление и повышает послушание тренеру.

Физическое и (или) психологическое изнурение. Этот метод заимствован тренерами ментального программирования у тоталитарных сект. Он используется для того, чтобы ввести человека в легкий транс и повысить его внушаемость. Кроме того, из-за интенсивных занятий и отсутствия свободного времени люди не имеют возможности осмыслить свои переживания и обдумать поведение. Как доказано многими экспериментами, в том числе знаменитыми опытами С. Милграма, давление времени резко повышает послушание12. Изнурение участников на МТП обычно достигается с помощью длительного рабочего дня, утомительных многочасовых заседаний, короткого сна, трудных физических упражнений, скромной вегетарианской пищи и т. д. Такое питание изменяет химический состав крови, выводит человека из состояния физиологического равновесия и вызывает дисфункциональные явления в нервной системе. Запреты на курение и прием алкоголя также препятствуют снятию стрессовых состояний привычными способами.

Блокирование коммуникаций, социальная изоляция. Всякое общение с другими участниками запрещено. Чтобы предотвратить доверительное общение и совместное обсуждение происходящего, после очередной паузы каждый участник тренинга меняет соседей. Запрет общения предотвращает возможность поделиться мнениями, выразить сомнение, несогласие или критику. Люди чувствуют себя в социальной изоляции, не могут опереться на поддержку единомышленников. Это резко повышает их конформность и усиливает послушание13.

Использование специальных техник дыхания. Одна из таких часто используемых в МТП техник – ребиртинг, или интерактивное дыхание. Такое дыхание в частности предполагает отсутствие пауз между вдохами, что ведет к усиленному выдоху диоксида углерода и ослаблению кровообращения мозга. В результате появляется головокружение, ослабевает мышление, обостряются чувства. У некоторых появляется ощущения легкости, полета. Иногда случаются и обмороки, потеря сознания, психические сдвиги, судороги. Специальные техники дыхания приводят человека в особое состояние сознания, повышающее воздействие тренера на его подсознание. Иногда для приведения психики людей в трансовое состояние используются длительные громкие крики.

Запрет что-либо записывать и обдумывать события. Это делается для того, чтобы человек не мог зафиксировать свои действия и слова тренера и затем проанализировать их. Рациональный анализ неизбежно привел бы многих к пониманию нелепости, абсурдности и унизительности ряда элементов тренинга. Рациональное мышление рассматривается как препятствие для успеха тренинга. Ставка делается на чувства и действия. Чтобы предотвратить осмысление происходящего, участникам не дают свободного времени. Между отдельными упражнениями имеются лишь короткие паузы. Тренинг построен так, чтобы не оставлять человека наедине с собой или для беседы с другими, чтобы отключить его разум.

Групповое давление. Многие эксперименты, проведенные во второй половине XX в., показали, какое огромное, незаметное и обычно недооцениваемое влияние на человека оказывает группа14. Весьма эффективно возможности этого влияния используют тоталитарные секты. Их опыт применяется и в МТП. Здесь группа является главным инструментом ментального программирования и проводником действий тренера. В результате обязательств соблюдать групповые правила, интенсивности управляемых тренером коммуникаций, коллективных исповедей и обсуждений, поощрений аплодисментами и похвалой, атмосферы интимности и секретности и т. д. у участников формируется сильное чувство групповой сплоченности, исключительности (а затем и избранности) и обособленности от других. Это резко повышает индивидуальную значимость групповых реакций: санкций и поощрений на индивидуальное поведение. Возможность формирования неформальных групп единомышленников блокируется, поэтому несогласному не на кого опереться. Всякое отклонение от групповых правил рассматривается как препятствие на пути группового успеха, противопоставление себя коллективу. Каждый боится быть отвергнутым группой, получить ее осуждение.

Новый групповой язык. Язык является одним из важнейших инструментов ментального программирования. Он задает человеку определенные модели, программы мышления и восприятия реальности в целом. Как отмечает известный современный специалист в области НЛП Роберт Дилтс, нейролингвистические» программы «в большей степени, чем сама действительность, определяют то, как мы интерпретируем и реагируем на окружающий мир, каков смысл придаем нашему поведению и опыту»15. Они структурируют наше восприятие и определяют интерпретацию действительности, управляют сенсорным опытом. От их характера и совершенства непосредственно зависят восприятие и обработка информации, «образ мышления, ощущения, действий и жизни вообще»16. И с этой точки зрения нашу психику можно уподобить компьютеру, в котором восприятие и обработка информации осуществляются по определенным программам, смысл которых задается значениями используемых слов и речевых выражений.

МТП, как и близкие им психокульты, создают специальный язык, на котором общаются лишь посвященные и который непонятен непосвященным. Яркий пример такого языка, воплощающего определенное мировоззрение – весьма сложная терминология, изложенная в библии сайентологов – «Дионетике» Р. Хаббарда. Специфический язык не только определенным образом программирует мышление участников тренингов, но и формирует у них чувство избранности, а также камуфлирует подлинное значение слов и выражений для непосвященных.

Релаксация и индуцирование грез, фантазии, воспоминаний. Современной психологической науке известно множество (свыше ста) способов введения человека в гипнотическое состояние сознания. МТП широко используют в частности метод введения людей в транс с помощью расслабления, индуцирования фантазий и воскрешения воспоминаний детства. Суть этого метода состоит в построении внушающего сообщения таким образом, что в расслабляющие предложения незаметно встраивается команда, которая из-за состояния релаксации, в котором находится человек, и неожиданности приобретает особую силу. Этот прием часто используют профессиональные гипнотизеры. Вот пример такого внушающего сообщения, которое использовал известный психотерапевт А.М. Кашпировский. (В тексте внушающие команды выделены шрифтом).

«Вы можете делать, что хотите, – сидите или двигайтесь, можете слушать меня или нет, можете держать глаза закрытыми или открытыми. Сядьте удобно в кресле и расслабьтесь. Вы можете думать о чем-то приятном, вспоминать приятные события из вашей жизни. Можете вообще не обращать на меня внимания. Лечение уже началось. Вы можете спать; если не хотите – не спите, но веки ваши тяжелеют. Резервные возможности вашего организма безграничны. Действует не сила врача, а ваши собственные возможности. Вы сейчас раскованы, дыхание ваше ровное, сердце ваше бьется ровно и спокойно. Я вам ничего не навязываю, ничего не внушаю. Вы сами выберете из моих слов все то, что вам нужно. Но окружающее вам уже не мешает; оно ушло на задний план, растворилось. Вы можете на время отвлечься от моих слов, представить себя на берегу моря. Вас приятно греет солнце, тело ваше теплое и отяжелевшее. Вам не обязательно спать, но это так приятно. Вам так хочется расслабиться и уснуть...»

Во время МТП тренер предлагает участникам расслабиться, перенестись с помощью воображения в какое-то состояние, при этом рассказывая им истории и параболы, содержащие определенные команды. В условиях релаксации и грез наше левое, связанное с рациональным мышлением полушарие мозга отключается, правое же полушарие, в котором коренится наше подсознание (бессознательное), некритически усваивает встроенные в рассказы команды. Нередко тренеры индуцируют в подсознании участников бессознательный страх, например, страх не выполнить поручение руководства.

Введение в транс с помощью парадоксов и противоречий. Этот прием также используют психотерапевты для того, чтобы незаметно ввести человека в состояние гипноза и предотвратить его сопротивление. Высказывая сложные, парадоксальные суждения, тренер отключает разум. Человек не может ухватить их смысл и поэтому левое полушарие его мозга чувствует себя перегруженным и, как следствие, связанное с ним сознание отключается. При этом открывается правое полушарие, беззащитное против программирующего влияния извне. Парадоксальные суждения строятся вполне логично, однако их смысл невозможно понять. Вот один из таких примеров: «Чем больше ты пытаешься уклониться от процесса, тем больше ты втягиваешься в него».

Повторяющиеся движения или музыка. Они также используются для введения человека в особое, трансовое состояние сознание. Гипнотическое влияние повторяющихся воздействий на наши органы чувств давно известно. Звуко-ритмическое воздействие лежит в основе любой религиозно-магической системы. У древних и многих современных народов бой барабанов, ритмические танцы и песнопения используются для введения людей в транс, повышающий силу внушения и даже вызывающий определенные видения. Поэтому специалисты причисляют ритмическую музыку и другие повторяющиеся воздействия к искусственным наркотикам. Помимо ритмической музыки, в МТП наиболее часто используются повторяющееся групповое скандирование, аплодисменты после каждого правильного поведения, вставания, повороты вокруг собственной оси и т. д.

Дисциплинирование мышления. Эта техника управления психикой заимствована тренерами ментального программирования из психотерапии. Она предполагает контроль за нашими мыслями, обнаружение «плохих» мыслей и их замену мыслями «хорошими». Тем самым устраняется негативная установка человека по отношению к какому-либо объекту. Несмотря на свою простоту, эта психотехника очень эффективна и широко используется в психотерапии. Однако в МТП она часто применяется для устранения критического мышления, нравственного самоконтроля, ограничения мышления в целом. Применительно к государственному управлению для успокоения граждан его часто использует, например, «Русское радио». Его дикторы неизменно завершают свои программы успокоительной фразой-командой «Все будет хорошо!».

Устранение всякой критики. Известно, что критический анализ – неотъемлемый элемент рационального осмысления, самостоятельности мышления и оценок человека. Он резко ограничивает возможности всякого рода обмана и в том числе скрытого программирования психики. Поэтому на МТП критика всячески запрещается. Тренеры исходят из установки: «Критик никогда не бываем прав. Кто критикует, тот либо чего-то не понял, либо не готов к участию в тренинге». Чтобы отучить человека от критических суждений и вопросов, тренеры часто используют, например, такие приемы: ведущий спрашивает «Почему ты задаешь этот вопрос?» или «Как выглядит твое сопротивление нашему требованию? Опиши свое чувство». Сосредоточиваясь на своих переживаниях и чувствах, спрашивающий обычно забывает рациональную аргументацию. Этому помогает также явное ощущение неодобрения со стороны тренера и группы.

На основе анализа методов и приемов, используемых в манипулятивных психотренингах, можно выделить общую модель такого тренинга. Она представляет собой систему действий, направленных на программирование работника. Ее главными элементами являются:

1. Введение человека в особое, трансовое состояние сознания, позволяющее эффективно внедрять в его подсознание новые ценности и программы поведения. Введение в транс отключает разум и критическое мышление, дает возможность быстро, без использования каких-либо аргументов записывать в мозге человека определенную информацию, закладывать те или иные эмоционально-поведенческие установки и таким образом предопределять его будущее поведение.

2. Разрушение существующей системы ценностей, а также основ Я-концепции. Это достигается с помощью негативной интерпретации прошлой жизни и прежних ценностей, а также разного рода унижений, которым подвергается человек во время тренинга и которые разрушают структуры его самосознания.

3. Внедрение главным образом в подсознание новых, упрощенных программ восприятия действительности и реагирования на нее. Таким программам чужды рефлексия, сомнения, критическое восприятие действительности, собственное мнение и его отстаивание. Они ориентированы на мотивацию трудовой и организационной активности в заданных руководством пределах. В целом же они базируются на конформизме, принятии действительности такой, какая она есть. Полностью исключаются любые формы протестного поведения. Чтобы иметь личный успех, участники тренингов «должны принять то, что невозможно изменить, и научиться жить в нем»17.

Манипулятивное психопрограммирование служит формированию определенного типа личности работника. Это «одномерный» (Г. Маркузе) человек, всецело подчиненный руководству, не жалеющий сил, времени и здоровья для осуществления корпоративных целей и своей карьеры, готовый на все ради выполнения требований начальства и уверенный в успехе. Руководителей, прошедших МТП, также отличает жажда власти и тотального контроля над подчиненными. Они часто побуждают их к неоплачиваемой сверхурочной работе, требуют полностью жить интересами компании, в том числе в свободное время. Иными словами, главная цель МТП – человек-робот, готовый выполнять любые приказы руководства.

В современном мире, особенно после краха социализма в СССР и ослабления левых партий и движений – сторонников социальной демократии, психопрограммирование руководящего персонала получает массовое распространение. Оно привлекает многих руководителей, поскольку позволяет:

• достигать высокого уровня послушания сотрудников в условиях когда их интересы противоречат целям организации (точнее ее собственников и высших руководителей);

• предотвращать конфликты, несогласие и противодействие организационным целям и распоряжениям руководства;

• укреплять организационный порядок, повышать уверенность в правильности решений руководства и достижимости поставленных целей;

• управлять предприятием в режиме «автопилота», экономить время, расходуемое на разъяснение решений и убеждение сотрудников в их правильности;

• сокращать ресурсы, расходуемые на текущий контроль;

• всецело подчинять личность, ее интеллектуальные и физические ресурсы интересам руководства.

Манипулятивное психопрограммирование по своей сути тоталитарно, поскольку направлено на достижение полного контроля за сознанием, психикой людей, а это, как известно, важнейший признак тоталитаризма18. С помощью психопрограммирования, опирающегося на организованную в государственных масштабах систематическую пропаганду ценностей и идеалов потребительского общества, некоторым компаниям, особенно американским и японским, во многом удалось сформировать массовый тип работника, отличительными чертами которого являются бездуховность, нежелание думать и рассуждать о «высоких материях», самостоятельно критически анализировать факты, привычка механически позитивно реагировать на символы богатства, карьеры и успеха. Таким типом личности легко управлять манипулируя материальными и карьерными стимулами.

Своеобразные психотренинги, основанные на внедрении сильной корпоративной идеологии, использовании определенных ритуалов, корпоративных гимнов и т. п., работники проходят во многих японских корпорациях. Не случайно некоторые исследователи называют японскую модель менеджмента экономическим тоталитаризмом. Тоталитарная идея лежит в самой основе японского типа менеджмента, который стремится распространить управление на всю личность человека, добиться его полной идентификации с компанией. Типичное признание этого – следующее высказывание крупного японского управляющего: «Мы, японцы, распространяем внутрифирменный менеджмент на 24 часа жизни человека»19. В Японии это во многом удается. Не случайно большинство кадровых работников японских компаний выходит досрочно на работу отгуляв лишь половину и без того маленького даже по российским масштабам двухнедельного отпуска.

В современном мире манипулятивное психопрограммирование все более широко используется для достижения не только экономических, но и политических целей.

1 Коледа С. Моделирование бессознательного. М., 2000. С. 214.

2 В данном случае речь идет о программировании массовой психики, политическом программировании. На уровне индивидуального, например, психотерапевтического воздействия, технические средства могут не применяться.

3 Keegan, Paul: Into the Void. Boston Business. Februar/Marz 1990 (Life-spring).

4 Lauch J. Sekten. Heidelberg: Auer Verlag, 1997: Stamm H. Sekten. Zurich: Kreuz Verlag 1995; Lell M. Das Forum.

Protokoll einer Gehirnwasche. Der Psycho-konzern Landmark Education. Munchen: DTV, 1997.

5 См., например: Kieser A. Disziplinierung durch Selektion // Personal als Strategie: mit flexiblen und lernbereiten

human-ressourcen Kernkompetenzen aufbauen. Berlin: Luchterhand, 1997. S. 85–114.

6 См.: Волков Е.Н. Методы вербовки и контроля сознания в деструктивных культах // Журнал практического

психолога. М., 1996. № 3.

7 См.: Сова Е. Осторожно, Хаббард // Правила игры. 1995. № 2.

8 См.: Singer M, Lalich. Cults in our Midst. San Francisco: Joessy-Bass Inc. 1996; Scheich G. Positives Denken macht

krank. Frankfurt: Eichborn Verlag, 1997.

9 Ed Kur, Riehard Bunning. Будущее корпоративного управления // Управление персоналом. 2004. № 5. С. 115.

10Schwertfeger B. Der Griff nach der Psyche: was umstrittene Personlichkeitstrainer in Unternehmen anrichten.

Frankfurt/Main, New York: Campus Verlag, 1998; Schwertfeger B., Koch. Der Therapiefuhrer. Munchen: Heyne

Verlag, 1995; Schwertfeger, Barbel: In drei Tagen zum Gluck. // SuddeutscJie Zeitung. 1997.13. Marz.

11 См.: Барлас Т.В. Популярная психология. М., 1997. С. 75–79 и др.

12 См., например: Milgram, S. Obedience to authority. New York: Harper & Row, 1974; См.: Зимбардо Ф., Ляйппе

М. Социальное влияние. СПб.: Питер, 2001.

13 См.: Пугачев В.П. Управление свободой. М., КомКнига, 2005. С. 129–155 и др.

14 Там же. С. 131–139.

15 Дилтс Р.Фокусы языка. Изменение убеждений с помощью НЛП. СПб.: Питер, 2001. С. 29 и др.

16 Миссия НЛП: новейшие американские психотехнологии / Пер. с англ. М., 2000. С. 13.

17 Howe, Robert F. Self-Help Course Allegedly Shattered a Life // Washington Post. 1992. 7. Juli.

18 См.: Пугачев В.П. Управление свободой. С. 234–261. Gei.ler R. Massenmedien, Basiskommunikation und

Demokratie. Tubingen, 1973.

19 Управление персоналом. 1999. № 10. С. 15.

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Предлагаю обсудить «Есть ли этот бессознательный механизм воздействия у ЛС на психику человека?», а также другие механизмы воздействия.

Есть. Запомнилая одна очень мощная тема. 1-ый викенд лидерской программы (которая 3-я ступень). Утро - конкурс бейджиков. Который на самом деле представляет собой "кто лучше отключил мозг, громче орет и бесится". А потом лекция часа на два или на три о том, как важно вовлекать людей в тренинги. О том, что лидерская - это трансформация жизни через вовлечение в тренинги, куча розовых соплей на эту тему. Пара красивых историй вовлечений. Сопли о том, что ежели кто вовлекать в тренинги не будет, будет полным лохом и ничего ему в этой жизни не светит. После этого было домашнее задание - необходимо дать обещание вовлечь сколько-то (>1) людей за вечер. Чем больше - тем круче. Плюс еще ряд тупых заданий в стиле выучить танец, нарисовать плакат и т.п. Нужны для того, чтобы не было времени на рефлексию.

Вобщем-то, после этого я как раз и понял, какое все это гавно и через неделю свалил. Меня долго пытались убедить в том, что я боюсь лидерской, не хочу строить партнерские отношения и мне не нравится, что люди рядом со мной растут. На этом мои отношения с "культом" (С) закончились.

1-ая и 2-ая ступени этим не грешат. То есть бессознательные механизмы воздействия, неэтичность методов и непрофессионализм тренеров - это все прекрасно, но в процессе упражнений отдать квартиру тренеру, вовлечь всю семью в ЛС и так далее не предлагают. Все это происходит в течении двух дней после тренинга - там идут собеседование и заключительное занятие. Вот на них, пользуясь эмоциональным подъемом и неспособностью сопротивляться, впаривают следующую ступень (и/или команду) и заставляют ставить цели по вовлечению.

Вобщем, если нужна какая-то (любая) информация касательно процессов 1-ой, 2-ой ступени и первой половины 3-ей - обращайтесь, обязательство не разглашать "таинство" мне до известного места, так как обязательства всегда взаимные, а тренинговый центр мне, вобщем-то, ничем не обязан и слава богу. На 4-ой не был, но, думаю, схожу, интересно же. Если возьмут, конечно. :)

PS Снимите с меня этот статус

PPS (оффтопом) у вас два глюка на форуме - во-первых, на почту при регистрации отправляется не логин, а отображаемое имя, а логин никак посмотреть нельзя. Во-вторых, напоминание пароля не работает - там глюк какой-то с цифрами, на картинке "23+45=", а просят ввести 6 каких-то цифер. Поправьте пожалуйста, а то я еле вошел.

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Вот, нашла отзыв участника Аватара, здесь человек неплохо комментирует некоторые моменты происходящего в лайфспринге и используемых при этом методов и приемов, испытав на собственной шкуре:

Сам я проходил данный тренинг несколько лет назад, поэтому очень хорошо понимаю аргументы тех людей которые его проходили и также аргументы тех, кто его не проходил и однозначно против.

Давайте для начала разберемся с теми методами, с помощью которых производятся изменения:

Особенно это будет интересно почитать тем людям, которые прошли этот тренинг.

Продажа карты -- суть тренинга, а не развитие гибкости с учётом карты клиента.

Уже на первом этапе вырабатывается:

1) Привычка беспрекословно подчиняться авторитету

2) Привычка ненавидеть сомневающихся

3) Привычка додавливать психологически, если не получается -- изгонять тех, кого не удалось додавить. Если кто ушёл сам, то это обязательно рефреймируется: "Мы его выпнули".

Теперь очень легко впаривать карту. Например - навести возрастную регрессию, внушить всем в зале жуткую боль при общении с родителями в детстве. Вспомнить реальные случаи обиды, и накачать их эмоциями, при этом орущая толпа, орущая до рвоты и дальше (пакеты для рвоты готовятся заранее), внушает такие жуткие боли, которых и небыло в детстве, что любой намёк на истерику со стороны ребёнка в последствии будет сносить крышу. Да и не только ребёнка. Выпускник легко манипулируем либо авторитетом, либо -- истериком, и легко ведётся за толпой.

Дальше - больше.

4) Отучаются думать, критически мыслить -- на протяжении всего тренинга попытки критически мыслить пресекаются, но зато учатся бездумно следовать "естественному знанию", то есть -- свежевнушенным убеждениям, эмоциональным импульсам. При этом постоянно повторяется, что ограничивающие убеждения сдерживают развитие, то есть развитие сдерживает то, что ты уже выстрадал, и чему научился, а вот помогает развитию то, что внушено истериком или авторитетом, на что ведётся толпа. Дети очень легко и быстро нащупывают эти кнопки и учатся быть авторитарными и истеричными, обращаться за поддержкой к чужим людям для управления родителями. А детские воспоминания каждого, в эмоциональном смысле, оказываются загаженными суммарными какашками со всего зала, так что конкуренции при последующем воспоминании позитива у тренинга Лайфспринга, увы, больше не будет, и вряд ли гипнотерапия способна нейтрализовать последствия тренинга.

5) Упражнения с галлюцинацией боли в теле, с визуализацией её, с приданием ей формы, запаха, вкуса, с последующей "дезинтеграцией" учат легко справляться с муками совести и прочими сигналами неэкологичности. И наоборот -- внушить боль и дискомфорт после таких упражнений гораздо легче. Если принимать в расчёт другие аспекты тренинга, то при этом ещё формируется и болючий предохранитель против рефрейминга.

6) Красное -- чёрное: для решения внушённых задач можно пожертвовать собственной командой: семьёй, фирмой, страной, и так далее... На месте директора ЦРУ я бы всячески спонсорствовал и поддерживал движение в странах "потенциального противника"...

7) "Подводная лодка": пофигу мораль и этика, главное -- сиюминутная выгода. Если чужой человек выгоднее в какой - то ситуации, то ему отдаётся предпочтение. Всё. Своих людей больше нет. Нет дружбы, нет любви, нет верности, нет чести, есть только сиюминутная выгода и люди -- инструмент этой сиюминутной выгоды достижения. А так как в упражнении моделируется ситуация жизни и смерти, то сами понимаете, какая сила придаётся внушённым целям и задачам...

8) Объятия, интим благодаря упражнениям и встречам после занятий теряют изначальный смысл и превращаются в инструмент решения задач. А так как критическое мышление отключается, но прививается привычка подчиняться авторитету, толпе, истеричным людям, то любовь, дружба, доверие становятся инструментом решения задач чужих.

9) Постоянное психологическое давление и прочие манипуляции с целью вынудить продолжать приходить на тренинги и участвовать в деятельности Лайфспринга учат, что любую ситуацию можно продавить, любого человека можно переломить, а если не переломить -- то выгнать и организовать ему изоляцию от общества. И учат, как это делать.

10) Стирается грань между жертвой и виновником. Выпускник легко сваливает свою вину на жертву, подвернувшуюся под руку. И легко превращается в жертву, когда виноват сам.

11) Эмоциональные "качели": накачка экстаза после опускания по уши в ***о - из-за такого контраста в жизни уже никогда не будет таких приятных эмоций, никакое событие в жизни уже не сможет принести такого кайфа, выпускник уже сидит на игле, заякоренной на Лайфспринг. Если оторвать его от среды, то он подсознательно будет стремиться её себе сформировать.

12) Переопределение слов, связанных с этикой, моралью -- предохранитель ещё тот!

13) Ну и, в заключение -- снимаются барьеры против того, чтобы огорчить человека, если надо, и когда надо: "Ты мне доверяешь?", привычка выпытывать у него сокровенное: "Чего хочешь?"

Естественно, на протяжении всего тренинга используется наведение транса -- музыка, освещение, хороводы, танцы до одури, до гипервентилляции, до сноса крыши, подогреваемые криками, визгами и овациями, "расслабления" лёжа на полу под музыку и голос тренера, с соответствующими постгипнотическими инструкциями.

Что это за инструкции -- выпускники вряд ли вспомнят, если иметь в виду состояние аффекта, в котором они постоянно находятся: из ***а в экстаз, и обратно. Критическая оценка стирается напрочь: им уже пофигу, с кем обниматься, перед кем обнажаться, какие роли исполнять.

Вот тебе и экология... А всё начинается с первого дня, когда дрессируют "выполнять правила", тем самым отключая обратную связь и получая возможность впаривать карту по самые гланды... Тренер получает такой мощный инструмент, что он уже не видит студента, он видит только материал, в который надо впарить определённые навыки и убеждения, предписанные курсом. И чаще всего -- я уверен -- даже и не догадывается, что и зачем впаривает.

В продолжении

Попробую я на основании методических раздаточных материалов передать суть ЛП.

Создание нового экстраординарного будущего прямо сейчас!

Если этому быть, то это зависит от меня.

Основной упор делается именно на ЭКСТРАОРДИНАРНОМ будущем.

Студенты под давлением координатора и капитанов берут на себя результаты (обязательства) которые в основном являются заранее сложновыполнимыми либо вообще не выполнимыми. Причем под обязательство берется абсолютно все без разбора. Одно дело когда студент берет на себя обязательство купить машину а другое когда женится или построить отношения. Т.е. какую либо «скидку» на чувства Лайфспринг не делает вообще. Есть обязательство женится до такого то числа умри, но женись. Не важно на ком в принципе. Главное – результат. Если студент пытается взять на себя обязательство которое по мнению капитанов либо студентов не является «экстраординарным» этот результат объявляется «посредственностью» и на студента оказывается прессинг чтобы он брал на себя «экстраординарный» результат.

Теперь о том как Лайфспринг трактует понятие лидерство.

Все лидеры в мире действуют исходя из:

1. Жизнь есть игра в вовлечение. На протяжении всей лидерской программы самым главным обязательством является вовлечь людей в базовую программу, 1 ступень Лайфспринга. Причем координаторов и капитанов в основном волнует именно результаты студентов по вовлечению. Важнее этого нет ничего. Настоящим лидером считается тот, то вовлек больше всего людей. Координатор применяет ЛЮБЫЕ методы для того, чтобы студенты вовлекали. Причем студент не может взять например по минимуму 3 человек, вовлечь, сделать дело и благополучно отвалить. Если координатор и капитан видят потенциал студента, они в любом случае убеждают студента брать на себя еще обязательства по вовлечению 5-10-15 вплоть до бесконечности. Вот еще какой фактор имеет огромное значение. Студенты обязательно берут командное обязательство по вовлечению. Например команда 20 человек – слово по вовлечению где-то 150 человек. Т.е. если студент выполнил своё слово во вовлечению ему в любом случае придется работать на команду. Т.к. слово команды превыше всего. Часто бывает так что человек из команды свалил а слово тем не менее осталось. Бывает доходит до идиотизма, команда осталось человек 10 а слово как было 150 так и осталось. Изменению не подлежит. Причем координатор и капитаны неоднократно заостряют на этом внимание. Если остался один человек, это не имеет значения. Слово есть слово. Этот один человек будет 150 человек вовлекать.

2. Я всегда вовлекаю кого-либо, я всегда стою лицом к лицу с жизнью. Для тех студентов, которые в танке на 3 ступени 1 сессии черным по белому говорится что вовлечение в базовую программу является самым лучшим и единственно верным способом трансформации мира. Какой-либо другой способ тоже может быть, однако он все равно не идет ни в какое сравнение с базовой программой. Цитата: «У тебя есть выбор выбрать вовлекать в базовую программу»

3. Все великие идеи только тогда великие, когда я вовлекаю в них кого-нибудь.

4. Создание экстраординарного и беспрецедентного будущего СЕЙЧАС! Вышибание критиков. Обязательства учат брать ЭКСТРАОРДИНАРНЫЕ без какого-либо планирования, проработки. Наскоком и не продумав. Естественно критики там даже не водятся. Пытающихся критиковать прессуют, причем прессуют в основном члены команды. Если человек критикует на него сыплются фразы типа: «Что ты этим сейчас создаешь?» «Какие твои обязательства?» «Надо исходить из возможности а не из недостаточности» Критическое мышление – недостаточность. Также критиков тыкают лицом в то, что «Они не выбирают рисковать» У критиков фокус на проблеме а не результате, от этого падает эффективность. Необходимо «прояснить свои обязательства» и делать-делать-делать. Поменьше думать и побольше делать.

5. Смирение перед лицом своего обязательства. Студент берет на себя обязательство не подлежащее изменению. Очень жесткий и четкий фокус на результат. Разумеется обязательство критике не подлежит. Обязательство взято – дальше только делать и делать.

6. Жить, как свое слово – давать обещания и просить.

7. Быть ответственным за все. Я не должен – я выбираю. Подмена понятий. Людям не нравится когда они должны поэтому вовлечение трактуется КАК осознанный выбор. Далее более подробно по поводу концепции ЛП ответственности. Лидер – человек ответственный. Он в ответе абсолютно за всё. Начиная с проблемы терроризма, заканчивая проблемой мусора в городе. Обязательства берутся с таким условием. Если я сделаю то-то или то-то в мире произойдет то-то или то-то. Например я вовлекаю 5 человек в БП и благодаря этому закончится какой-либо локальный конфликт. Доходит опять же таки до идиотизма. Координатор включает с утра телевизор. По ящику наводнение. Координатор собирает команду и начинает лечить. О чём для вас это наводнение? Что вы создали в своей команде? Что не было завершено? Дается задание искать взаимосвязи событий в мире и вообще событий с самим собой и со своими результатами. Студенты на основании внешних событий ищут куда им «сдвинуться» или «растянуться» Так же следует обратить особое внимание на концепцию «незавершенки». Лидер должен все в конечном итоге завершать. Если у него что-то не получается частенько фокус переносится на незавершенность. Что-то было недоделано. Причем такому «интересному» навыку студенты очень быстро учатся и начинают применять его везде. Такие вот аналогии, обобщения и разбивка часто используются для оказания давления на членов собственной команды. Например человек постоянно опаздывает, это могут обобщить до того, что благодаря этому команда не укладывается по результатам вовремя. Если член команды не желает просить помощи у других это обобщают до того, что «В команде не создано доверие» Какого-либо учета личностного своеобразия или проверки экологичности нет в помине. Бывает прессуют вплоть до того, что человек со слезами на глазах убегает из офиса. Или просто доводят до слёз. Тут критерием достижения результата является раскаяние а еще лучше слёзы. Если человек плачет – он проявляется истинно.

8. Я проявляюсь, как источник всего происходящего.

НАШИ ОБЕЩАНИЯ:

В ЛИДЕРСКОЙ ПРОГРАММЕ у тебя будет возможность:

1. Иметь опыт отношения ко всему – «Я есть источник (причина) всего происходящего»; «Все в моей жизни зависит только от меня» Такие базовые пресуппозиции грамотно поставленной цели как «Выбирать такую цель, которую возможно достичь своими силами» и «Трезво оценивать последствия достижения цели» в расчет не берутся вернее их там просто НЕТ.

2. Быть тренированным в глубинных принципах, исходя из которых живут свою жизнь созидатели. Причем тренируют все. Выпускники, координаторы, капитаны, сами студенты друг друга. Очень редко бывает что хотя бы у кого-нибудь работающих в центрах есть банальное психологическое образование. Не говоря уже о знании таких базовых понятий как «экология изменений» «вторичная выгода» Личностное своеобразие опять же таки не берется в расчет вообще.

3. Тренировать и быть тренированным в том, чтобы из ничего создать видение в действии ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС. Причем частенько создается ТАКОЕ видение, что создавшего просто напросто пришибает. Человек берет на себя невыполнимое обязательство, выполнить не может. Команда начинает в него «тыкать» Депрессия, осознание собственной неспособности «изменить мир» и т.д.

4. Постигать мастерство вовлечения – создание вдохновляющих отношений с самим собой и другими людьми в контексте «Жизнь есть игра в вовлечение».

5. Иметь уникальный опыт создания и укрепления КОМАНДЫ. Опыт действительно уникальный. На тренинге если один человек опоздал в зал студентов не пускают до тех пор, пока все в сборе не будут. Или команде на то, чтобы зайти в зал дается время 1 минута. До этого времени двери закрыты. Если не успевают всех обратно выгоняют в фойе «прояснять обязательства» Мало того, дают еще меньше времени, например 30 сек. Причем на тренинге тренер обязательно припомнит тем у кого были партнеры на первой ступени и не пошли на вторую. Получается круговая порука. У каждого студента есть партнер, естественно студент кроме себя самого следит и за своим партнером. Если кто-то уходит из команды – это очень сильно бьет по партнеру, т.к. каждый берет на себя обязательство стоять за команду до конца. Если кто-то уходит – слово не сдержал, обязательство не выполнил. А для «лидера» хуже этого не может быть ничего. Это очень показательно, когда на 2 сессии 3 ступени координатор очень эмоционально, брызгая слюнями, на доске вычеркивает черным маркером из списка команды людей, которые на вторую сессию идти отказались. Делается это в контексте что типа вы нифига не стояли за человека, а теперь на нем можно крест ставить, т.к. он до конца не дошёл, мир не изменил, высшую истину не познал и вообще мы лишились студента, кто будет за тренинги платить и самое главное кто будет вовлекать?

6. Быть источником трансформации самого себя, своей семьи, сообщества, в котором ты живешь, и мира. Источник трансформации настолько сильный, что все окружение студента в курсе что он попал в какую-то хрень и всех тянет туда. Т.к. слово по вовлечению большое студенту приходится перебирать весь свой круг знакомых в попытках вовлечь туда хотя бы кого-нибудь. Не так уж и важно кого. Не имеет значение эффективность и результативность вовлекаемого. Надо ли ему это вообще? Студенты исходят из возможности они же знают как это КРУТО и пройти тренинг надо всем без исключения и только тогда мир будет просто прекрасным. Каждый найдет в тренинге очень много ценного для себя. Будущие студенты даже не подозревают в какой ...е они находятся. Им тренер потом очень хорошо объяснит как низко они пали до лидерской программы и как им повезло что они тут оказались и все теперь наладится. Главное вовлечь человека, чтобы он оказался в зале тренинга. А дальше уже работа тренера, он очень понятно, доступно и эффективно объяснит студентам, что все навыки, которыми они пользовались не доказывают своей работоспособности и вообще исходя из старого образа жизни студенты все без исключения являлись разрушителями мира и вообще им было плевать на себя в первую очередь и окружающих. И после этого начинается раздача новых навыков исходя из ответственности, обязательств и иже с ними. ЛП действует ОЧЕНЬ эффективно к концу тренинга практически все принимают новые убеждения, ценности и поведенческие стратегии. Идет проработка по всем логическим уровням. Студент может быть уверен, что по окончании тренинга у него будет новая идентификация, новая духовность – будет ВЕРИТЬ в такие вещи, о которых раньше даже не задумывался. Новые ценности. Новые убеждения. ВСЁ будет новым. А для кого такая промывка мозгов оказалась не на 100% эффективной и конгруэнтность относительно лидерской программы не достигнута – тех добивает собственная же команда до тех пор пока сомневающиеся не будут доведены до кондиции. Как говорится у человека есть выбор выбрать. Либо человек принимает концепцию ЛП либо ему остается только уйти. Причём уход редко бывает тихим мирным и спокойным. Никого просто так не отпускают «стоят за человека до конца» Могут потом несколько недель подряд звонить уговаривать упрашивать умолять вернуться. Оставшимся студентам могут еще долго напоминать об ушедших.

7. Быть истинным (самим собой) -, и это не определяется имиджем, социальным статусом, авторитетом, материальным положением, - этому нет доказательств. Начиная с БП студентам прививается убеждение что «Мне всё равно как я выгляжу» «Имидж для меня не имеет значения» Фокус на результате. Какие-либо сигналы, которые подсознание пытается донести до человека называются «Избеганием» Например на 2 ступени тренер откровенно заявляет что «Вы здесь будете блевать» Также например если студент себя не очень хорошо чувствует, другие студенты или капитаны начинают его спрашивать: «Чего ты избегаешь?» «Что ты не хочешь делать?» Опять же таки начинается «Прояснение обязательств» Вопросы типа «Какие у тебя разговоры по поводу того-то или того-то.» «Какая тебе выгода поступать так то или так-то» Попытка выявить конфликтующие части, подавить их для достижения конгруэнтности. Причем именно подавить а не договориться. Вскоре человек уже не может найти что сказать, т.е. он не может принять в себе стремление к безопасности или стремление удержать свой социальный статус. Т.к. либо такие стремления противоречат привитым убеждениям либо объявляются «плохими» и «ограничивающими». Например привитое убеждение «рисковать для достижения результата» противоречит естественному нежеланию некоторых частей личности поступать так дабы сохранить свою безопасность, тот же социальный статус, растерять свой авторитет, потерять друзей, лишится работы и т.д. Если человек не хочет выполнять какое-либо задание ему неоднократно повторяют что «Твой имидж имеет тебя» или «Твои мозги имеют тебя» «Ты выглядишь отвратительно и хуже уже не будет» Вышибаются защитные установки. Человека стараются сделать открытым и восприимчивым ко всему. Люди, которые раньше были эмоционально устойчивыми начинают плакать при просмотре фильмов, прослушивании музыки. А те кто и раньше был эмоционально восприимчив обретают новый навык – доводить себя до эмоционального экстаза и истерии.

8. Стоять за вклад и отдавание как способ жизни. Стоят до последнего. 3-я ступень 1 сессия. У каждого студента лист обязательств в котором 3 главных результата.

1. Личные результаты.

2. Общественный проект.

3. Обязательства по вовлечению. Люди платят деньги за тренинг и на 3-й ступени совершенно случайно оказывается, что они же и будут набирать новый тренинг.

Какой-либо внешней рекламы у тренинговых центров Лайфспринга нет вообще. Туда никто просто так не попадает, практически всегда каждый студент является «вовлеченным» и его вовлекали студенты берущие обязательства. Прикрываясь высшими идеалами и целями «Изменение мира к лучшему» «Вклад» тем же «отдаванием как способом жизни» студенты вовлекают настолько привержено, что неоднократны случаи разрыва отношений с друзьями и близкими, разводы, конфликты на работе. Все из за того, что окружающие студента не желают «изменять мир к лучшему» «идти на тренинг» и вообще живут исходя не из отдавания а исходя из забирания.

Так что уважаемые выпускники и тренера (если таковые имеются) высказывайтесь, попробуйте опровергнуть мои мою точку зрения. Здесь уже высказывания типа "не проходлил, не знаешь" не прокатат. Проходил и знаю. Мы уже немало времени провели в разборе методов работы данного типа тренингов. Так что мне будет что вам ответить. Не сомневайтесь

Источник: http://sveta.sxxztlkmto.ru/?p=1701

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Методы воздействия на психику в сектах (Наговицын А.Е., д.п.н.)

Оригинальное название:

О методах воздействия на психическое состояние человека

в некоторых направлениях религиозного сектантства

(Аналитическая записка)

Рассмотрев способы и методы управляющего воздействия при проведении ритуалов и встреч с рядом "учителей", представителей различных сектантских направлений, можно констатировать ряд воздействующих моментов.

Основным из них является создание иллюзии родо-семейных отношений кланового типа для формирования чувства социальной защищенности у членов секты.

Достигается это следующими способами:

1. Использование специальных обращений между членами секты, типа "брат", "сестра", "отец" и т.д. Подобный тип обращений подсознательно воздействует на человека и подменяет собой настоящие семейные отношения, перенося на посторонних людей выработанные тысячелетиями принципы семейно-родового единства.

2. Использование приема повышенной благожелательности к неофитам и рядовым членам секты на начальном этапе вхождения в секту. Данный прием требуется для создания контраста эмоциональной атмосферы внутри секты и во внешней - реальной жизни. Он формирует у неофита желание чаще или постоянно пребывать внутри секты. Данный прием особенно хорошо влияет на людей с пониженной социальной активностью, неспособных активно противостоять трудностям, возникающим в социальной жизни. Он также дает хорошие результаты при воздействии на одиноких и разочарованных в жизни людей, которым секта представляется на начальном этапе их вхождения в ее структуру идеальным типом социальных отношений, своего рода "большой семьей единомышленников". Подобный прием восходит ко временам родовых отношений, когда понятие людей относилось только к членам рода и родственным родам, а остальной мир воспринимался как чужеродная и враждебная среда.

3. Прием снятия ответственности за принятие решения. Во всех сектах принята строгая система иерархических отношений, при этом принятие решения полностью снимается с младшей "кастовой группы". Они должны следовать указаниям своих наставников и безусловно выполнять "боговдохновенные" откровения и наставления своего высшего Учителя (гуру). При этом им дается понять, что чем лучше и точнее ими будет выполнены требования старших, тем скорее и они сами смогут продвинуться по иерархической лестнице секты.

При этом в случаях с сектами материальный стимул, а иначе разрешение пользоваться теми или иными благами мира, имеет для неофитов второстепенное значение, так как в ряде сект их заставляют "добровольно" передать все свое имущество или его часть на нужды секты. Добровольный отказ от имущества создает у неофитов психологическое состояние "псевдо-монашеского отказа от земных благ". Основным стимулом для продвижения в системе иерархии является стремление стать ближе к Учителю и его откровениям. При этом подразумевается и появление откровений у самого члена секты.

Прием снятия ответственности за принятие решений уменьшает тревожность неофита. Он освобождает его от любых самостоятельных социальных действий и заботы о своем будущем и будущем своей семьи и близких. Все это также способствует созданию иллюзии защищенности и уверенности в будущем.

Подобный способ снятия личной ответственности и строгих иерархических отношений также восходит к родо-семейным отношениям, построенным на жесткой иерархии. Однако, в таких "языческих" отношениях присутствовала строгая личная ответственность за социальную деятельность того или иного члена рода, при этом не подавлялась его свобода воли.

В религиозных сектах, напротив, стремятся подавить волю сектанта, подменяя свободу воли и желание принять то или иное социальное решение необходимостью выполнять волю Учителя, как бы переданную ему свыше.

4. Метод создания иллюзии своей исключительности. Подобный метод с одной стороны отгораживает членов секты от остального социума, "который не может спастись" не получив откровений Учителя, а с другой стороны заставляет членов секты активно привлекать новых неофитов, так как в сектах часто происходит игра в "человеколюбие".

Данный метод основывается на использовании повышенной самооценке выступающей как компенсаторный механизм у социально не состоявшихся людей, в первую очередь молодежи. Данный метод также восходит к традиционным родовым отношениям, так как каждый род верил в свою исключительность, что способствовало его сплочению и увеличение шансов выживания в сложных природных и социальных условиях.

5. В ряде сект базирующихся на различных мировых религиях (христианство, мусульманство, буддизм и т.д.) используются священные писания данных учений. При этом из контекста выдергиваются отдельные цитаты, которые вставляются в авторский текст Учителя и при этом кардинально меняют свой смысл.

Например, известное изречение Иисуса Христа о том, что следует подставить левую щеку если ударили по правой, сказанное в контексте того, что следует игнорировать религиозные нападки фарисеев и саддукеев, а также властей, может трактоваться как полное непротивление злу насилием (толстовцы) или как полный уход от социальной жизни.

Или кришнаитами используется Бхагават Гита, как единственный источник мудрости, тогда, как она является только незначительным отрывком великого индийского эпоса Махабхарата и вырванная из контекста основного смыслового поля полностью меняет смысл.

Дело в том, что данный отрывок связан с войной царских родов Кауравов и Пандавов, которая в целом отражает конфликт перехода от родоплеменного строя к ранее государственному с отказом от семейных и родовых связей, и без контекста напутствие Кришны перед битвой может использоваться как руководство к борьбе с любым указанным Учителем противником.

Подобный метод восходит к родо-семейным отношениям, при развитии которых формировались различные семейные и родовые предания с обожествлением предков и возникновением ранних религиозных представлений составляющих священную традицию и историю рода.

Перейдем к рассмотрению ритуальных методов воздействия на членов секты.

1. Одним из самых распространенных методов в сектах закрытого типа или тайных сектах является использование тех или иных наркотических средств при совместном богослужении. Такой способ хорошо известен в различных шаманских практиках и широко использовался и используется по всему миру.

Как правило, используются слабые наркотики или галюционагены передаваемые членам секты в виде напитков, а чаще воскурений. Целью подобного действия является создание у членов секты массовых видений подготовленных внедрением в их сознание определенных психологических установок, переходящих в навязчивые идеи.

2. Метод запугивания. В процессе ритуалов, лекций и собеседований происходит навязывание идеи близкого Армагедона или конца света, когда все кроме членов секты погибнут не только в физическом, но и духовном смысле. Данный метод усиливает психологическую зависимость человека от секты и страх перед возвращением во внешний мир.

В ряде случаев умеренные секты (например, "Новый Акрополь") апеллируют к личной неуспешности и незащищенности во внешнем мире.

3. Использование хорошо известного в ритуальной практике метода однотипных ритмических движений. Повторяющиеся продолжительное время однотипные ритмические действия способствуют кодированию в образе мира у члена секты определенных понятий как наиболее значимых. Например, повторение кришнаитами одной и той же фразы при однообразных движениях.

4. Использование специальной музыки во время ритуальных действий. Подобный тип музыкальных произведений принято называть медитативной музыкой. Ее характеристиками, как правило, является многократно повторяющийся музыкальный рисунок. Само исполнение музыки монотонно и "усыпляюще". Хорошо известно, что в состоянии перехода от сна к бодрствованию и наоборот, сознание человека наиболее восприимчиво к внешним формирующим воздействиям. Выбор для религиозных ритуалов сектантов подобной медитативной "усыпляющей" музыки с однотипным музыкальным рисунком, на который ложатся постоянно произносимые фразы, является достаточно действенным способом внедрения в сознание членов секты определенных идей и постулатов.

5. Прием - "Внемирность" Учителя. В целом ряде религиозных сект, особенно восточного направления, например, Аум Синрике - Асахара, Белое Братство и т.д. принято обожествление Учителя. Он является как бы двойником Иисуса Христа или Магомета. Само поведение такого Учителя (Саи Баба) на людях имеет оттенок некоторой священной отстраненности. Иными словами, моделируется культ священного царя как проводника божественной энергии на землю в раннеклассовом обществе.

Авторитет такого типа Учителя (Саи Баба, отец Виссарион, Асахара и т.д.) не подлежит сомнению, а действия - обсуждению. Подобный прием используется для целей возникновения у сектантов чувства избранности и защищенности, а также снятия с себя социальной ответственности.

6. Ритмо-фонетическое воздействие состоит в том, что в целом ряде сект подбираются для заучивания и постоянного повторения фразы имеющие кроме смыслового еще и ритмо-фонетическое содержание. Например, часто используемое в сектах восточного направления слово АУМ мотивирует бессознательное подчинение родовым или псевдо-родовым структурам - сектам. Или повторяемое кришнаитами изречение: "Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна, Кришна Харе Харе. Харе Рама, Харе Рама. Рама, Рама, Харе Харе". Содержит во всех 16-ти словах фонетический знак "Р", который при частом повторении вызывает "стадную немотивированную агрессию" в силу того, что он и в природной среде используется как знак угрозы - "рычание". Кроме того, фонетический знак "К", повторяющийся в 16-ти словах четыре раза, мотивирует установку на направление подсознания против чего бы то ни было. Фонетический знак "Х" повторяемый 8 раз подсознательно мотивирует на устойчивые и неизменные взгляды и убеждения с оттенком священности данных взглядов, что, в свою очередь, в сочетании с музыкальным воздействием, усиливает привязанность и зависимость членов секты от ее руководителей.

7. Также важнейшим фактором закрепления людей в секте является прием совместной религиозной и социальной деятельности, где каждый член секты чувствует свою деятельность частью чего-то большого и поэтому важного и значимого.

В целом, психологическое воздействие в сектах проходит через моделирование традиционных родоплеменных и родо-семейных отношений в псевдо-семье с использованием той или иной религиозной составляющей. Религиозный аспект, по большому счету, может быть любым, но, как правило, он базируется на своей трактовке уже имеющихся и зарекомендовавших себя священных писаниях или их синтезе.

Подобное моделирование создает на начальном этапе пребывания в секте иллюзию социальной защищенности и избранности, снимает ответственность в принятии личных решений. Как правило, все вышеперечисленные методы приводят к "обобществлению" личного имущества и сбережений. Такое обобществление является прямым отъемом собственности граждан через применение к ним методов психологического воздействия. Более того, сам принцип обобществления имеет в родо-семейных отношениях многочисленные аналоги.

Например, до реформ Столыпина в Российской деревне сохранялись общинные - общественные угодья: пастбища, лес рыболовные угодья и т.д. Другой исторической базой отъема - обобществления средств являлись советские коммуны и колхозы, где роль предводителя родовой и псевдо-родовой общины брало на себя государство.

http://kiev-security.org.ua/box/13/171.shtml

Кстати, на этом сайте есть еще много статей по психическому воздействию, манипуляциям, психокультам и т.д., желающие могут глянуть.

О, супер!

Как создать тоталитарную секту (Д. Шарко)

Для этого не нужно иметь ни особого ума, ни образования, ни специального мистического чувства, хотя, конечно, все это иметь желательно. Самое главное - обладать непоколебимой уверенностью в себе и жгучим желанием приобщить человечество к истинной истине.

Для начала нужно обзавестись символом веры и сочинить свою религию - "вторяками" питаются только лохи. А так как не особенно разборчивый электорат уже подобран организациями типа Белое братство и Трудовая Россия, вам прийдется попотеть над сетью для уловления душ. И лучше плести ее в тайне, не спеша, одному или в узком кругу будущих патриархов веры.

Не советую говорить, что полученый продукт достался вам в наследство от древних египтян, ацтеков, либо утонувшей Атлантиды, все это неоригинально, и не покатит, потому что все древние цивилизации и хорошие места на карте, где могли быть зарыты для вас "золотые скрижали", уже давно поимели ваш конкуренты. Хотя вру, Антарктида еще сохраняет девственность. Кстати, почему бы вам не найти там под двухкилометровым слоем льда какую-нибудь безумно древнюю традицию? Здесь фантазия может разгуляться широко и безнаказанно. Если вас вообще интересует принадлежность к традиции, ведь это же вовсе не обязательно.

Не стоит, однако, сильно напрягаться, лепите откровение из того материала, который имеется под рукой, годится буквально все. Черпайте информацию прямо из эфира, т.е. из воздуха, представьте себя творцом вселенной и дайте своей фантазии "оторваться". Наличие логики не обязательно - вы же не учебник по алгебре пишете. Но и не нужно, подражая Блаватской, увлекаться словоблудием и графоманией. Учение должно быть в меру туманным и достаточно компактным. Все-таки, в век скоростей живем, - современная паства не любит, когда ее сильно "грузят". Это дальше уже по мере необходимости и развития коммерческого успеха можно будет потихоньку подбрасывать дровишек в костер.

Помимо оригинальности учение должно содержать какие-нибудь ритуальные ноу-хау. Придумайте несколько стильных церемоний, раскрасте их красками, дайте больше эстетики - это хорошо работает. Но помните: если вы хотите добиться настоящего успеха и заработать на этом поприще настоящие бабки, вам самим прийдется поверить во всю сочиненую вами лабуду иначе не будет того самого магнетизма, который так гипнотизирует толпу. Поэтому делайте религию только под себя и для себя.

Прежде чем осчастливить мирян новым откровением, я советую вам оповестить своих друзей и знакомых о том, что вас зовет неведомая сила и вы отправляетесь неведомо куда. Оптимальный срок отсутствия 1 год. Это нужно вам, чтобы спровоцировать к себе взрыв интереса. Появившись внезапно, начинайте шокировать окружающих неадекватным поведением: чем неадекватней поведение, тем, соответственно, выше интерес к вашей личности. Тут главное - не перегнуть палку, иначе придется продолжать миссионерскую деятельность в медицинском или исправительном учреждении.

Нелишне заранее поделить глобус на более-менее равноценные куски для награждения ими особо преданных последователей и назначения наместников, ведь вам же нужен весь мир. Если он вам не нужен весь, то либо вы не слишком уверены в себе, либо желание осчастливить все человечество у вас не достаточно жгучее. Так - много денег на ниве сектанства вы никогда не заработаете. Лучше тогда сразу, не теряя времени, заняться недвижимостью или валютными спекуляциями - это железно.

Также не стесняйтесь раздавать своим адептам самые высокие, какие только можно придумать, титулы типа Апостол Вечной Жизни или Яроглобер Западной Сибири. Никто кроме вас их нигде и никогда так не возвысит, следовательно - это укрепит ваш авторитет. Тем более, что ничего другого дать им вы, наверняка, не можете, разумеется, кроме вечной жизни, лучшей кармы... Или, что там у вас?

Ключевым организационным вопросом любой настоящей тоталитарной секты является вопрос о партийных взносах. Определите сразу - кто, когда и сколько в соответствии с создаваемой вами иерархией отчисляет в "общяк"? И как вести себя с несознательными членами паствы, которые будут скрывать свои доходы? Сделайте это заранее, иначе по ходу будут проблемы.

Естественно, не каждый продаст свою квартиру и отдаст вам все свои деньги, но всегда в любой стране есть люди, запрограмированные на самопожертвование. Они-то и являются вашими основными клиентами.

В чем же заключаются две самые трудные проблемы миссионерской деятельности? Прежде всего в умении найти своего клиента в огромной массе пустой и бесполезной породы. А затем "свернуть ему чердак". То есть облучить клиента таким потоком любви, проявить о его чувствах такую неподдельную заботу и так прокачать ему мозги, чтобы он сам добровольно отдал свои материальные ценности и был бы еще при этом бесконечно благодарен вам за предоставленную возможность иметь отношение к великой идее.

Многое зависит, конечно, от самой идеи, но 90 процентов успеха - это ваша психологическая подготовка. Тренируйтесь неустанно и у вас обязательно получится. Начните с ненавязчивого и обаятельного фондрайзинга на улице и в транспорте - это даст неожиданный и полезный опыт. Плох тот проповедник, который не хочет стать пророком. Есть хорошее упражнение для развития пророческого дара. Надо остановиться поперек движения толпы и, сотрясая кистями поднятых к небу рук, громко прокричать, что-нибудь типа: "Все похерено! Вся земля в оргазме",но лучше, конечно, нейтральное:"Люди опомнитесь!". Кто-нибудь обязательно опомнится и потянется к вам. Не бойтесь выглядеть сумасшедшим, ведь это - ваш бизнес. Каждый нормальный человек скрывает в себе какого-нибудь дауна, поэтому многие люди инстинктивно тянутся к сумасшедсшим и делают их своими вождями и идолами.

Для развития любви и облучающей способности рекомендую следующее упражнение: Встаньте у зеркала на расстоянии примерно 70 сантиметров, нежно, но без оттенков эротики, посмотрите на свое отражение и как можно более глубоко и сердечно скажите ему: "Я люблю тебя брат (сестра)". Повторяйте это в течение как минимум 10 минут. Сеанс заканчивается легким поцелуем, опять же - без оттенков эротики.

Будет очень неплохо, если вы научите ваших последователей делать это упражнение с вашим портретом.

http://kiev-security.org.ua/box/13/141.shtml

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Вау! (я просто сейчас как раз там сижу параллельно)

http://kiev-security.org.ua/box/13/72.shtml

Все про лайфспринг в картинках!

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Отрывок из статьи

"Психотехники расширения сознания: социопсихологические технологии"

Автор: Ю.М.Жуков

Опубликовано: March 1, 1999, 12:00 am

http://flogiston.ru/articles/social/psychotech#2

«Большой семинар»

Название «большой семинар» используется здесь для обозначения конгломератов методов работы с сознанием в сравнительно больших группах людей. Примерами «большого семинара» могут служить ЭСТ (Эрхард Семинар Тренинг), СТМ (семинар управления временем), «арены общения», «лайф-спринг», социодрама и некоторые другие.1 ( При всем различии этих методов групповой работы они имеют и нечто схожее. Роль ведущего, а точнее — ведущих, в определении содержания работы резко возрастает, а иногда и является всецело определяющей. Формы групповой работы, как правило, жестко структурированы. Хотя интрагрупповое взаимодействие эпизодически используется, «мотором» семинара является фигура ведущего, а эффективность воздействия зависит от успешности установления отношений между ведущим и каждым из участников. Если попытаться кратко выразить основной принцип организации активности участников семинара, то получится что-то вроде: «Скорее рядом, чем вместе» или «Скорее сходные переживания разного, чем разные переживания единого». Диалог ведется ведущим якобы с каждым членом группы в отдельности. Роль группы тем не менее достаточно велика. Сбор под общей крышей внушительного количества людей не может не порождать всяческие фасилитирующе-ингибирующие эффекты, на фоне которых и разворачивается программа взаимодействия ведущих с остальными участниками семинара. Группа создает определенный настрой восприятия предмета, а сам предмет конструируется ведущими в своеобразном диалоге с аудиторией, при этом цель данного диалога состоит не в поиске истины и порождении нового знания, а в постижении откровений ведущего. Путь этого диалога может быть извилист и крут, но конечный результат уже запрограммирован. Поведение ведущего по отношению к участникам семинара как бы подчиняется призыву:

«Так доконай его, домучай, дотяни! Не дай ему уйти от просветленья!».

Примечателен и путь преодоления естественного сопротивления аудитории. Используется не столько логика убеждения, сколько воздействие образа, коварная сила метафоры. «Управление — это танец!» провозглашает Вернер Эрхард и в обосновании этого небесспорного утверждения делает несколько па с ассистенткой-партнершей. «Метод Слона» из семинара по управлению временем поясняется демонстрацией изображения слоновьей туши и прочая и прочая.

Предметное содержание семинара не порождается группой (как в случае групподинамического тренинга) и не воссоздается (как в психодраме или ролевом тренинге), а иллюстрируется. Активность участников направлена не на само содержание работы, а на создание благоприятного фона для развертывания активности ведущего семинар. Немногочисленные групповые упражнения способствуют лишь формированию чувства сопричастности конструирующей деятельности ведущего, но сами не входят в процесс конструирования.

Изменено пользователем CSN
0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Существует вот такая статья

Adams, R., & Haaken, J. (1987, October). Anti-cultural culture: LIFESPRING's ideology and its roots in humanistic psychology. Journal of Humanistic Psychology, 27, 501-517.

В свободном доступе нет, а в несвободном вот тут

Есть исследования Лайфспринга и ЭСТ в книге "Handbook of Group Psychotherapy"

(ряд страниц автор не показывает :unsure: )

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Не знаю куда запостить, вроде как один из методов воздействия. Во время проведения тренингов окна напрочь закрываются светонепроницаемой пленкой. Якобы даже лучик света может испортить результат. Как факт, заметил за собой, я живу с зашторенными окнами в последнее время. Пользуюсь только искусственным освещением. Сегодня открыл шторы, офигел. Как будто запрограммированный был. Может и сейчас являюсь, но процесс похоже идет в обратную. Меня это радует.

0

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах



  • Объявления

    • Solo



      Группы "Пользователи", "За культы", "Против Культов", "Непонимаемые" могут размещать свои посты в разделах:"VOX POPULI", "Консультирование пострадавших от деятельности культов" и "Бизнес-культы, "Лженаука" и "гуру""; в подразделах:"Обсуждение", "Традиционные религии, спец службы, общественные организации и т.п." и "Вопросы к Редакции проекта". Группа "Неприкасаемые" в подразделе "Курилка"
    • Redactor



      МОРАТОРИЙ НА ПОЛИТИКУ "УКРАИНА vs РОССИЯ vs БЕЛОРУССИЯ" Обсуждение политики, только в разрезе конкретных культов и их лоббистов во власти. Тема "Украина vs. Россия vs. Белоруссия" - в личке, но не на форуме. За нарушение "кара небесная" со всеми вытекающими! Большая просьба ко всем сторонам и участникам - наш проект посвящен конкретным целям и направлениям, давайте придерживаться тематики проекта. Международная политика и конфликты - не та тема!
    • Redactor

      08.08.2017

      Читаем и участвуем: